Стихотворения

.jpg - СтихотворенияАвтопортрет

               Однажды я маме прочёл своё стихотворение. Мама вздохнула и сказала: «Рифмоплёт ты, а не поэт. Но, знаешь, я много читала и гораздо хуже пишущих, так что дерзай…» И вот я  дерзаю… Плоды моих дерзаний выполнены  в  чёрном цвете,  другие авторы,  которым я подражаю,  или коих пародирую,  или чьи труды в подлинниках или переводах использую как подстрочник, выделены зелёным цветом.

*    *    *

    Медленно  дни текут
И монотонно,
Но многотонно
В Лету они влекут.

Быстро летят года,
Неотвратимо,
Мимо и мимо.
Остановлюсь – когда?

Вихрем промчалась жизнь.
Сколько осталось?
Самую малость, –
Крепче за дни держись!

Дней так медлительна
Вязкая лава…
Времени – слава!
Всё относительно!

01.04.2003 г.

О  В Р Е М Е Н И

    Время  то ползёт,
То летит подчас.
В детстве час – как год!
Нынче год – как час.

Но судьбы своей
Не жалей, поэт
Непреклонных дней,
Но преклонных лет.

Быстр жизни бег:
Промелькнёт лишь миг –
И настанет век
Электронных книг.

Потекут года
Под крутой уклон.
Будет жить тогда
Твой четвёртый клон.

Он зайдёт на сайт
И свой стих прочтёт –
И на полчаса
Годом станет год!

15.03.2004 г.

 

В О З Р А С Т

    В  зиму  было двадцать восемь,
Летом – только двадцать.
Снова наступила осень,
Нынче – восемнадцать.

Я от страха холодею
И кусаю губы.
Думаете – молодею?
Нет. Теряю зубы.

16.12.2001 г.

P.S.
Вот что будет, если зубы
Вовремя не лечим…
Покусал бы снова губы,
Да теперь уж нечем!

03.12.2002 г.

НА  РЫБАЛКЕ

    Помню, был ещё мальчишкой –
На рыбалку нас с братишкой
Взял с собой усатый дед,
Дядя Саша, наш сосед.

Был весенний яркий день,
Ветер дул, качалась тень
На воде прибрежных ив,
Был вокруг пейзаж красив.

Чуя бучу, волны речки
Сбились в кучу, как овечки,
Появились и барашки,
Беленькие, как ромашки.

А одна волна – о, чёрт! –
Перебралась через борт,
Плюхнувшись о нашу лодку
И покрыла всю серёдку,

Всю селёдку и бычков,
И поверхность бардачков.
Вымок сразу наш багаж.
– Не потонем, дядя Саш? –

Он ответил: – Нет, друзья,
У меня – вон – два буя.
Линь одной рукой берёте,
А другой рукой гребёте,

Доплывёте, а пока –
Не гнушайтесь черпака,
Выливайте воду с лодки,
Да не трогайте селёдки,

Ибо ценен наш улов –
Тут и пиво, тут и плов,
Потому что тут, друзья,
Что ни рыбка – два рубля! –

– Ну, опять за рыбу гроши…
Сами вы пловец хороший?
– Я? Не плавал никогда,
Но, вобще, наверно, да!..

Повезло тебе, рыбак:
Вон какой большой чебак,
У меня ж – одна чехонь,
И некрупная – с ладонь. –

(А ладонь у дяди Саши
По размеру – девять наших!)
– Дядя Саша, а какую
Рыбу самую большую

Доводилось вам поймать?
– Сантиметров двадцать пять…
– Тю, таких мы ловим сами!..
– У моей – между глазами!

30.04.2006 г.

Б У Д К А

   Коля  и Вова в делах не на шутку:
Делают дети для Тузика будку.

Тузик узнал и подумал: «Ура,
Будет теперь у меня конура!»

Вова и Коля трудятся споро –
Будет на славу будочка скоро!

Вот уж и стенки есть из досóк,
Крыша – лишь досточка наискосок.

Коля сказал: «Надо толя кусок
Нам постелить ещё сверху досок,

Чтобы он больше не мок под дождём.»
Тузик хвостом завилял: «Подождём!..»

Радостны оба – и Вова, и Коля –
Тянут для крыши большой кусок толя.

Тут им соседки с грустью сказали:
– Вашего Тузика в будку забрали, –

– В будку? – спросили и Коля, и Вова, –
Будет тепло ему, что здесь плохого? –

– Плохо, что ваша собака из дворни, –
Видно, уже на пути к живодёрне…

03.04.2004 г.

*    *    *

     Было  мной на днях совершено
Важное открытье-наблюденье.
Требовало от меня оно
Зоркости ума, труда, терпенья.

О его значеньи вам решать,
Но, по-моему, оно блестяще –
Если долго сладкий чай мешать,
С каждым днём становится он слаще.

P.S.
Да, хочу предупредить Маркони
И других лихих воров в законе:
У меня братан патентовед,
Так что у Маркони шансов нет.

30.08.2003 г.

*     *     *

    На  Жактовской , где мудрости вершины
Покрыты снегом старческих седин,
Где вечно полные цветов кувшины
И часто полные кувшины вин,

Где мудростей алкающий имел их,
Где рододéндрон средь тюльпанов вял,
Бальмонтов, Северяниных и Белых
Собою дядя Коля заменял.

А пироги и торты тёти Вилли
По праздникам – я помню и сейчас.
Там пива с раками мы никогда не пили,
А раки с пивом ели, и не раз.

На Жактовской стою я, вспоминая
Гостеприимный дорогой мне дом.
Смеркается, и женщина чужая
Навстречу мне идёт с пустым ведром…

30.06.2003 г.

*     *     *

    Под  откос летят  гадюки-года.
Я у жизни в неоплатном долгу.
Не отдать мне этот долг никогда –
Не успею, не верну, не смогу.

А дорога в никуда коротка.
Долга груз на шее камнем повис,
И пошла моя судьба с молотка,
А года-гадюки катятся вниз.

Оглянулся, а дорога длинна.
Позади – ни огонька, ни звезды.
Впереди передо мной – целина.
Старый конь, не испогань борозды!

07.03.2002 г.

П О Н И

     Посыпаны песком дорожки Зоосада.
По ним идут шажком два пони-малыша,
А им за пять минут два круга сделать надо,
Поэтому они шагают не спеша.

Под солнцем и дождём, без отдыха и пойла
Приходится таскать четыре колеса,
А вечером их ждёт безрадостное стойло,
Лоханочка воды и торбочка овса.

На свете мало тех, кто пони понимает.
По кругу детвору приходится катать.
Кондуктор не спешит. Кондуктор пони  мает.
А пони – тоже кони. Им хочется скакать!

14.09.2003 г.

*     *     *

    Прохладною  июньской ранью,
Когда цветёт шиповник пышно,
Мне захотелось новой гранью
Сверкнуть, но ничего не вышло.

Блестят бронзовки изумрудно,
Пылает куст цветами ало…
Мне показалось, что не трудно
Писать и хорошо, и мало.

А позже, в полдень, стало душно,
И стало нестерпимо влажно,
И я подумал равнодушно,
Что это, в сущности, не важно.

Пишу, как прежде, не сверкая,
И это даже не обидно:
Планида у меня такая –
Писать без высверков, как видно.

А вечерком, когда стемнеет
И снова снизойдёт прохлада,
Мне станет ясно – кто умеет,
Тот и напишет так, как надо.

Ну, не блещу я, как бронзовка,
Не млею, лаврами увитый,
Зато стишки строгаю ловко,
Зато, как муха, плодовитый.

А если ночью гранью новой
Я захочу к вам повернуться,
Мне самомý придётся снова
К началу сáмому вернуться.

15.03.2005 г.

*     *     *

    Ртуть  перевалила за отмету
36 и лезет к сорока,
И, пока жара не канет в Лету,
Лето доконает дурака.

От жары взопрели кошки даже.
Так или иначе, ваш слуга
Оказался на центральном пляже,
Где песком покрыты берега.

Правда, я песка почти не вижу –
Тушки… тушки… Эта – ничего.
Я с трудом подвинулся поближе
И с восторгом услыхал: «Ого!»

У меня поджарая фигура,
Плавки новые и нету живота –
Результат диет и физкультуры, –
И глаза голодного кота.

Формами девчат вокруг мурыжа,
Я прилёг вальяжно загорать.
То, что это не «ого», а грыжа
Девушкам совсем не нужно знать…

01.09.2003 г.

*     *     *

     Хлебный  магазинчик.
Карточки в кармашке –
Надо купить хлеба.

«Зинчик-мизинчик,
Дай мне кашки –
Отпущу на небо…»

Подошли гурьбою:
«Там твои детки
Кушают котлету…»

Я стою и вою –
Горько малолетке:
Карточек уж нету…

24.03.2004 г.

В А С Ь К А

004 - Стихотворения

     Кот  ко мне приблудился. Его мне и недоставало.
Из подвала коричневый вылез дрожащий комок,
А помылся и стал чёрно-белым, как вакса и сало.
Я назвал его Вася, и прогнать почему-то не смог.

Ничего никогда мой Василий не ел кроме хека,
Хоть ему предлагал я и пиво, и борщ, и компот.
Разложу ему хлеб, фрикадельку, кусок чебурека –
Он сожрёт только хек, но с каким аппетитом сожрёт!

А потом на спине, развалясь, как на пляже медуза,
Лапы в стороны, он возлежал, как на облаке бог,
Под пинцет подставляя мерлузой набитое пузо,
Терпеливо снося извлеченье расплющенных блох.

Где он пил я не знаю, но он не испытывал жажды.
Правда, в нашем подвале чего-то текло. Так он жил,
Был вальяжен, как я, и ленивей меня, но однажды
Он поймал воробья и ко мне на диван положил.

Он растрогал меня. Э, да что там Виталий Бианки!
Вот и новый охотник, кормилец, добытчик в дому!
Ну, сходил я в аптеку, с получки купил валерьянки.
Два флакона – себе и ему!..

29.03.2004 г.

СЕРЕБРЯНЫЕ  ИСКРЫ

     То ли мозг мой два словечка выстроил,
То ли прозомбировал сосед,
Но рефрен «серебряными искрами»
В голове оставил яркий след.

Если с юга еду ночью, издали –
Ростовчане – те меня поймут –
Огоньки серебряными искрами,
Вдруг, полнеба так и обоймут.

Что мне Волга, что мне Оби с Истрами?
Тихий Дон меня к себе влечёт.
Бликами, серебряными искрами
Утром вспыхнет лоно его вод.

На рыбалке, как ведётся исстари,
Про еду забудешь и нарзан,
И блеснёт серебряными искрами
Чешуи мной пойманный сазан.

Утречком, под облачками быстрыми,
Я стою у лесополосы,
И горят серебряными искрами
На травинках капельки росы.

То сапфирами, то аметистами
Вспыхнет даже сор и бурелом,
И стихи серебряными искрами
На листок ложатся под пером.

Что же, буду я предельно искренен,
Ведь хочу я, старый метроман,
Чтоб рубли серебряными искрами –
Рупь за строчку – потекли в карман…

21.09.2003 г.

НЕЛЁГКАЯ    ЖИЗНЬ

    Маму  погубила экология –
СЭС травила в роще комаров, –
И сама от  дуста еле ноги я
Унесла. Отец был нездоров,

Прохворал всю зиму нашу лютую,
А весной его прикончил волк.
Помню эту страшную минуту я,
Да какой в воспоминаньях толк?

Дедушку четвертовали косами –
Отдыхал в предутренней росе.
Бабушку размазали колёсами
По Волоколамскому шоссе.

Двух сестёр погрёб собою заживо
Под плитой фундамента гараж.
Брата, – тот в соседский сад похаживал, –
Пристрелил на днях усердный страж.

Я от стресса стала недвижимая,
И в грудях пропало молоко.
Нелегка ты, наша жизнь ежиная.
А кому у нас сейчас легко?

.jpg - Стихотворения

18.09.2003 г.

 *      *     *

     Четверть  года будет осень –
Морось, слякоть невпопад,
Небо хмуро, и его сень
Скроет хмарь и листопад.

А зимою четверть года
Непогода, снегопад –
Препоганая погода:
Гололёд и людопад.

А потом придёт весна,
Из сосулек станет капать,
Всюду снова будет слякоть
Четверть года. Мать честна!

Лето будет четверть года –
Мухи, пыль, жара и гнус.
Будет знойная погода,
Вот тогда я и загнусь!

22.02.2003 г.

*    *    *

 ………………………….Лабиринты зазеркальных отражений…
…………………………..Моя память в зыбких зимах заблудилась…
…………………………..Эта девочка, чье имя в жесте гжели,
…………………………..Божья шалость, Божья малость, Божья милость.
………………………………С.В.Сутулов-Катеринич «Девочка и Гжель.
…………………………….……………………..Мантра по-русски»

      В лабиринтах зазеркалий было весело –
Шли товарищи дорогою (ск)верной,
Память пыльной пеленой занавесило –
Мнемозина отдыхала, наверно…

Разливалось шало пламя закатное,
Рачье время, брачье бремя, брючье стремя,
Развевалось ало знамя плакатное,
Сучье имя, сучье вымя, сучье семя…

Мнемозина, блин, проснулась и мается,
Словно вахтенный в прокуренной каптёрке.
Почему-то «Беломор» вспоминается,
Сыр зелёный, что мы тёрли на тёрке…

Тётя Зина с магазина прёт корзину –
Еле тянет, бедолага, – рупь потрачен.
Нет Гулага на заразу Мнемозину, –
Я набычен, озабочен, озадачен…

Я б её, заразу, сразу – на зразу!…
А вчера мне моя мама приснилась,
А до этого не снилась ни разу…
Божья шалость? Божья жалость? Божья милость?

26.06.2013 г.

*     *     *

    У  муз  авторитетов нет,
Есть лишь любимые поэты –
Эрато, Талия куплеты
Им подсказали а мне нет.

Звенит Кастальская струя,
И мне им подражать не стыдно
И только чуточку обидно,
Что «ай да сукин сын» – не я.

29.03.2003 г.

*      *     *

      Шли  в темноте на зарево пожара.
Шли долго, а когда дошли с трудом,
Сестра сказала маме: «Тётя Мара,
Пойдёмте к нам, а то сгорел ваш дом».

Потом огромный душный зал вокзала,
За окнами гудки печальные до слёз.
«Кукушка» – мама мне задумчиво сказала,
Но я то знал, что это паровоз.

В четыре года пережить утрату
Собаки плюшевой – состариться душой.
Я дёргал маму за рукав халата:
«Не надо плакать, я уже большой…»

02.08.2003 г.

АМУРНОЕ

    В  магазинчик  как-то вечерком
Заглянул я, чтоб купить огурчик.
А на ветке дерева с лучком
Прятался невдалеке Амурчик.

Продавщица – чудо хороша:
Глазки – звёзды, и сама при теле.
Замерла восторженно душа –
Видимо, мы оба на прицеле.

«Да, бывают в жизни чудеса!..» –
Начал я. В ответ невозмутимо:
«Огурцы не ложьте на веса…»
В этот миг стрела промчалась мимо.

22.01.2006 г.

А Н Е К Д О Т Е Ц

     Как-то  раз Иван, Тарас и Гога
Завели между собою спор –
Сколько женщин – мало, или много
Кто из них имел до этих пор.

– У мене, – сказал сперва Тарас, –
Стилько, шо считать и не берусь я.
Як у хати тараканов, да-с!
(А из всех щелей торчали усья).

А Иван (уже на веселее был):
– Сосчитать и я, блин, не берусь.
У меня – все девки на селе, блин.
Помню только тридцать восемь Дусь!

– Генацвале, манный каша знаешь? –
Молвил Гога. – Только  без смешков,
Я ещё не старый, понимаешь,
У меня их мало – семь мешков…

10.08.2001 г.

D E   C A U S A   M O R T I

    В  Интернете я нашёл
Скрытый сайт генмата.
Я на этот сайт зашёл, –
Ругань слабовата.

Я приставок навернул
По пяти на слово,
А потом тот сайт вернул
Интернету снова.

Да забыл, что загружал
В буфер эту каку:
Тут сам Ржевский бы заржал
От такого смаку.

Одного я не учёл –
Нынче хилы деды:
Дедушка тот сайт прочёл
И откинул кеды…

27.11.2005 г.

*     *     *

    Так  много читал о вреде табака,
Что бросить решил, но не сдюжил пока –
Хоть мне силы воли и не занимать,
Но очень мне скучно совсем не читать.

16.08.2001 г.

*    *    *

   Где-то  бои идут.
Где-то труба поёт.
Здесь тишина, уют,
Только вот кран течёт.

Только подрался внук –
Вздулся на лбу синяк.
Только мой старый друг
Всё не зайдёт никак.

Только соседский пёс
Гадит под нашу дверь,
И половик унёс
Этот проклятый зверь.

Только сосед, урод,
Вновь изрыгает мат.
Кошка дала приплод –
Надо топить котят.

Только ночной кошмар
Будит, засну едва.
Тонко звенит комар.
Час. Полвторого. Два.

Каплет и каплет кран.
Пять. Полшестого. Шесть.
Вновь голубой экран
Можно включить и сесть

Слушать, как люди врут –
Жизнь, мол, всегда груба…
Где-то бои идут.
Где-то поёт труба.

28.08.2001 г.

*     *     *

    Была  веранда осиренена,
И цвёл каштан,
И я узнал, что ты беременна,
А я бесштан.

Уже обшмыгана смородина,
Опал орех…
Эх, если б ты была уродина,
Не впал я б в грех!

Но ты прекрасна, как видение
Небесных чар.
Ты мне являлась в сновидении –
Какой кошмар!

Не властны мы над бегом времени,
Увял наш сад,
А ты теперь ещё беременей,
Чем год назад…

04.11.2003 г.

*     *     *

     Когда  поэт, не деградируя,
Но эпатажно поражая,
Творит, ему, не пародируя,
Я восхищённо подражаю.

Как мастеру и бригадиру, я
Дань отдаю не возражая:
Своей причастностью бравируя,
Жду от посевов урожая.

Но если просто смысла нету
В стихах, то и авторитету
Конец придёт:

И даже не стараюсь вроде я,
А из меня сама пародия –
Ну так и прёт!

19.12.2003 г.

Е С Л И      Б Ы …

     Если  б вы не знали, как прекрасен
Сад весной при призрачной луне,
Как далёкий птичий хор стогласен,
Как шуршат мышата в тишине…

Если б вы не знали первой встречи,
Я бы выбрал вас из всех одну –
Я бы нежно обнял вас за плечи,
Показал бы сад, и тишину…

Но вы знали вы прошли, забыли,
Разорвали сказочную нить.
Как из нежных сказок сделать были?
Это очень просто – разлюбить.

Я иду домой олигофреном,
Под ногой поганые грибы,
А в башке моей звучит рефреном:
Если б вы не знали! Если бы…

06.11.2003 г.

В Е Р С И Я

     Его  в армии добило –
Киллерил после Афгана.
Такова судьба дебила,
Да к тому же наркомана.

Принял он заказ под мухой,
И под кайфом, не иначе:
«Разберёмся со старухой,
Баба – это не Версаче!»

Ехал киллер на малину,
А в подъезде – гильзы горсткой.
Старовойтову Галину
Он попутал с Новодворской…

24.02.2004 г.

П О С В Я Щ Е Н И Е

    Стихам  моим ты будешь рада:
Коль не захочешь их читать,
То пригодятся, если надо
Полешки в печке разжигать,

Оклеить стены под обои,
Коли не хватит вдруг газет,
Или на гвоздике пристроить
В надворном домике «клозет».

А если не доходят руки,
Удобства в доме и уют,
Пусть постоят на полке: внуки
Им применение найдут.

Из них, наверное, приятно
Бумажный сделать самолёт…
А вдруг, что маловероятно,
Их кто-то даже и прочтёт?!

Прочтёт, пожалуй, улыбнётся
И скажет: «Ну и выдал дед!»
И благодарно шевельнётся
Под толщей почвы мой скелет.

21.10.2003 г.

О   РОЛИ   ШКОЛЫ

    В  школе мне учиться лень
Было изначально.
Встретил я свой первый день
Грустным и печальным.

Но прошла после войны
Пара пятилеток,
И взрастила для страны
Школа малолеток.

Разбрелись мы кто куда
По стране советской,
Только помню я всегда
Анекдотик детский:

Вышел толк из дурака –
Школа постаралась,
Жалко только, что пока
Бестолочь осталась…

13.12.2005 г.

О   РОЛИ   РОЛИ

    Полон  зал. Давно все ждут начала.
Публике сегодня слишком мало
Жеста, музыки, души и слова, –
Ей клубнички захотелось снова.

Ты сегодня в роли Маргариты.
Нынче тело публике дари ты.
Нынче, – тут уж никуда не деться, –
Нужно будет донага раздеться.

Сотни глаз тебя сейчас разложат,
Мысленно с тобой разделят ложе,
Будут гладить опытной рукою,
Будут сравнивать тебя с другою.

Мысленно тобою овладеют,
От тебя, конечно, обалдеют,
Но не выдадут себя и взглядом
Той, другой, сидящей с ними рядом.

Ты не этого ль всю жизнь хотела,
С детских лет готовя своё тело
Зрителям, которые уж взмокли,
Теребя в руках свои бинокли?

Ты вчера на кладбище ходила.
Вся в цветах Булгакова могила.
Почему ж так быстро ты вернулась?
– Фурцева  в гробу перевернулась!..

30.03.2006 г.

О      С Л О В А Р Е

   Энциклопедический словарь
Очень мало энциклопедичен:
Нету многих слов – «орарь», «букварь»…
Этим он и от других отличен.

А куда «киндяк» и «пряглу» деть?
Где «надысь»? Где «скнипа»? Где «агукать»?
Я спросил: «А что такое – бдеть?»
Мне сосед ответил: «Это – пукать».

 ГЛОССАРИЙ

Ора рь – лента дьякона.
Букварь – азбука.
Киндяк – хлопчатобумажная ткань; кафтан из этой ткани.
Прягла – толстый блин, лепёшка в масле.
Скнипа – вошь.
Надысь – ономнясь, намедни, онагодни, ковдня, оногдась, на  днях, недавно, онолды, несколько дней тому назад, денми.
Агукать – говорить малышу «агу», впадая в детство  и  пытаясь сделать  из  малыша  идиотика.
Бдеть – быть начеку, быть бдительным, прогнозировать эвентуальные акты обскурантов.
Пукать – см. книгу Сальвадора Дали «Дневник одного гения», М., «Эксмо», 2003, в переводе Ольги Захаровой, Избранные главы из сочинения «Искусство пука», стр.339.

24.092003 г.

О    В О С П И Т А Н И И

    Папа сумел-таки дать
Мне воспитание строгое.
Я бы хотел рассказать
Многое!

Мама смогла навязать
Жизни течение плавное.
Я бы хотел рассказать
Главное!

Ну, так с чего же начать,
Не провоцируя папочку?
Я бы хотел промолчать
В тряпочку!..

02.05.2006 г.

О     М У З Ы К Е

   Музыка – это Чайковский,
Моцарт, Свиридов и Григ,
Пахмутова, Богословский, –
Чуткий внимания миг.

Музыка – это кантаты,
Песни, романсы и джаз.
Музыка – это когда ты
В сладкий впадаешь экстаз.

Музыка – снова и снова
Душу волнующий звук
Сумак, Ивана Реброва,
Сильвии Мкртчян, Басистюк…

Нынче ж ревут остолопы
Так, что приходит на ум:
Все эти «рэпы» и «попы» –
Это не музыка, – шум!…

06.11.2006 г.

*     *     *

    Все  в бахромке ледяной
Дачные веранды.
Прошлым летом нам с тобой
Удалили гланды.

Я, ангины не боясь,
Всё сосу сосульки.
«Брось, Володя, – это грязь, –
говорят бабульки. –

Лучше снег не есть совсем,
Но, коли дошёл ты,
«Всё равно, – ответил, – съем», –
То не кушай жёлтый!

Белый – это ничего,
Жёлтый – это бяка,
Потому что на него
Писала собака.

Пёсик бегал в туалет,
Поднимая лапку.
Если же собачки нет –
Не греши на папку:

Видно в небе зависал
Ангел-энуретик.
Это он вам и послал
Жёлтенький приветик.

Ну, а если он потом
Поднялся повыше?
Вдруг не только под кустом,
А ещё на крыше?..»

…Выбросил сосульку я
И сказал сердито:
«Не боюсь я ничего,
Кроме гепатита!»

13.04.2006 г.

*    *    *

    Был палисадник оранжево-жёлт,
Ты ко мне стал приставать.
Я отвечала тебе: «Да пошёл т!»
И продолжала вязать.

Ты до весны не показывал нос,
Не проявлял интерес.
Красных яичек на Пасху принёс
И целоваться полез.

Я отвечала: «Христос, мол, воскрес!», –
Нежно, как только могла, –
«Если б имела я десять сердец,
Семь бы тебе отдала…»

Не побороли с тобой естества,
Слабы, как я погляжу…
Я, ожидая теперь Рождества,
Молча пинетки вяжу.

06.04.2005 г.

ПЕРЕМЕНЫ

Дуют ветрá перемен,
Кончилось время уроков.
Папа мой стал бизнесмен.
Что мне теперь Сумароков?

Что мне теперь Пастернак
И света луч в тёмном царстве?
А проживу я и так
В нашем родном государстве.

Я аттестат получу,
Что б там ни трёкали хамы.
Нет – я отцу поручу –
Купит лицей с потрохами.

С прибылью после продаст
Батьке Чувихина Гришки, –
Бизнес пропасть нам не даст,
Знаем, как делать делишки!

Ну, а коль вякать начнёт
Кто-то: купил, мол, бумажку, –
Киллера папа наймёт
И промокнёт промокашку!

17.04.2006 г.

П Р О Щ А Н И Е

   – Какого  цвета медный купорос?
Неверно, синего. Оглобля или дышло,
По-вашему, длиннее…время вышло,
Я не успела вам задать вопрос.

Ну, что ж, пора нам подводить итоги,
Но, если вы ответ хотите знать,
Оглобля – семь букв, дышло – только пять.
Итак, кого уже не держат ноги?

Вы положили в банк лишь сорок тысяч.
Кто тут не знает, в общем, ни шиша?
В чьей голове не мозги, а лапша?
Кого пришла пора пребольно высечь?

Кого пора метлой поганой гнать?
Чьи знанья были самой низкой пробы?
Кто примитивней жгутика амёбы?
Кому пора букварь перечитать?

Кто некультурен, как, пардон, куркуль?
Кто кончил школу среднюю по блату?
Кому в золотари пора по штату?
Чей тезаурус просто полный нуль?

Кто плавал, словно в проруби… бревно?
Вы са-а-амое сла-абое звено!
Прощайте!

03.01.2002 г.

К О М У – У – У – У ?..

    Кому  обязана корова молоком –
Доярке, пастуху, быку, ветеринару?
А может грузчику, который млекотару
Привёз чем свет на ферму под хмельком?

А может сену, что в стога сметали
(А может в скирды, или копны?) тёти Вали,
(А может Тани, Мани, или Гали)?
А может челюстям, к которым языком
Шершавым сено близилось и зубы
Перетирали быстро, хоть и грубо
И отправляли, проглотив, в рубец,
Потом на сетку, в книжку, наконец,
В сычуг и, пропитав всё это соком
Пищеварительным, затем уже глубоко
В кишку длиной почти двенадцать пальцев?

А может полевод Терентий Мальцев,
Растя свой хлеб, тем самым и коровкам
Существенно помог не прибегать к уловкам,
Подобным веточкам, или гнилой соломе?

А может тем, кто в жёсткие морозы
Держал бурёнок не в хлеву, а в доме,
Хоть пах навоз совсем не так, как розы?

А может зоотехнику суровому,
Что бегает, искусно семеня,
Для улучшения породы, дабы новому
Потомству молоком поить меня?

А может быть художнику Серову,
Который много раз писал корову
В обличье Ио, посадив Европу
К ней на крестец, (а в рифму не скажу
В угоду кой-какому остолопу,
Так как своим престижем дорожу),
Чем восхитил приятеля Коровина,
А много позже журналиста Бовина,
Роланда Быкова, Валерия Быковского
И в «Золотом телёнке» Паниковского?

А может быть рогам, или копытам?
А может яслям, или же корытам?
А может климату (по-нашему – погоде)?
А может полю, речке, ну, природе?

А может быть обязана хвосту,
Что в том же поле, речке, на мосту
Своим маханьем охранял коров
От оводов, и мух, и комаров,
И даже кровожаднейших слепней,
Которые, как Кассиус (как Клей),
(Который также Мухаммед Али),
Ну, в общем, тех, кто, как и он, могли
Порхать, как бабочка и жалить, как оса,
Коровьи поражая телеса?

Чему-у-у обязана корова молоком?
Кому-у-у? Увы, не знаю, не знаком,
Но думаю, что многим  понемногу,
А если очень коротко, то Богу!

19.01.2002 г.

КОРОВЁНКИ

    Вы слыхали, как поют бурёнки?
Нет, конечно, хуже, чем Киркоров, –
Голоса у них не очень звонки,
Но зато поют они без споров,

Без эксцессов, ругани и мата,
Не нуждаясь в смене декораций,
В общем, так, как сам он пел когда-то,
Чуть смущаясь мило от оваций…

Но, совсем другое дело – стадо.
Тут солистам ничего не светит,
Спеть согласным хором было надо,
Чтоб не загреметь на худсовете.

Чем ленивей человек, тем больше
Труд его похож на подвиг ратный.
Был героем я лет пять, а то и дольше, –
Коровёнкам регентом внештатным.

Всё же я сумел добиться цели,
Средь бурёнок проведя работу:
Мы «На Муромской дорожке…» спели,
Правда, нынче – лишь вторую ноту…

29.06.2013 г.

*     *     *

……………………………….Язык же так беден словами, что, как уже
……………………………….жаловался Шопенгауэр,  невозможно  рассказать
……………………………….разницу между кислым и горьким.                     ……………………………….Борис  Поплавский. «Из дневников. 1928-1935»

Отнюдь  не надо быть Максимом Горьким,
И Шопенгауэром можешь ты не быть,
Чтоб разницу меж кисленьким и горьким
Поведать миру, то бишь разъяснить.

Борис Поплавский, дивный наш поэт,
Как это нынче утверждалось вами,
Язык ваш беден, правда не словами –
В нём, видно, вкусовых сосочков нет.

16.02.2002 г.

*     *     *

    Если жить хотите, не сверкая,
Если вам блеск мудрости не нужен,
То живите, книг не открывая:
Можно жизнь прожить и без жемчужин.

Под словесным перламутром хрупким,
Рифмою, что мантией нависла,
Под куплетной ракушкой скорлупки
Редко скрыт бывает жемчуг смысла.

Редко. Всё же, постаравшись трошки,
Покопавшись в перламутре слова,
Каждый может сделать две-три брошки
Для сверканья речи острослова.

Можно жить, конечно, только прозой,
Типа – меж картофелем и сливой.
Никогда не любовавшись розой,
Тоже можно жизнь прожить счастливой.

Можно. Только там, за дверцей шкапа
Книжного – рассыпал жемчуг кто-то,
Блюдечко с каёмочкой Остапа, –
Только вскрой скорлупку переплёта.

Я подозреваю, что не первый,
Кто прозрел пророчески и мудро:
Рубаи Хайяма – те же перлы,
Пушкин – это яркость перламутра!

И не нужно быть японской амой,
Чтоб добыть сверкающих жемчужин.
Правда, пусть хоть и не крупный самый,
Книжный шкап для счастья, всё же, нужен!

08.04.2005 г.

Л У Ч Ш Е    П Р О М О Л Ч А Т Ь

    Солнце пятнистое в небе маячило,
Буремагнитно лучась с высоты,
И в январе – ну, вот что б это значило? –
Поразорались, как в марте, коты.

А на дворе разлилась гололёдица.
Кажется, я поскользнулся, упав.
Не матюгнулся, однако, как водится,
Только подумал: «Господь, ты не прав!»

На автострадах длиннющие пробочки…
От сотрясения – вот это да! –
Несколько мыслей возникло в коробочке,
Более, впрочем, других, чем всегда.

Но не просите их прокомментировать:
Мне не обрыдли покой и уют.
Я их не стану бездумно цитировать, –
Вдруг Жириновские к власти придут.

31 01.2005 г.

П Е Р Е Д Е Л К И…

    В свете партийной задачи
По улучшенью культур,
Я оказался на даче
Среди цветов и скульптур.

Были глаза мои зорки –
Всё замечали в саду:
Жрали плоды плодожорки,
Пьявки кусались в пруду.

Тли растлевали тлетворно
Листиков вязкую вязь.
Мчались щитовки проворно,
На виноград громоздясь.

Резво шныряли улитки
В травах, цветах и кустах…
Чмок отворённой калитки –
Как поцелуй на устах!

Это явился с визитом
Вдруг появившийся друг,
Чтоб нанести паразитам
Жуткий смертельный недуг.

– Что ты там, Вася разводишь?
– Я? На спирту дихлофос…
– Зря ты добро переводишь,
Жаль, что так мало принёс…

Трезво на пьянство взглянувши,
Каждый чуть-чуть недобрал…
Лился, ползя в наши уши,
Оперный полуфинал –

Громко молчала гитара,
Молча гремела гармонь,
Бился, как винная тара,
В тесной печурке огонь.

Спала, проснувшись, собака,
Звонко шипел самовар,
И из рассветного мрака
Хлюпал струящийся пар.

С другом сидели мы, стоя –
Что ж так трещит голова?
Дело-то, в общем, простое:
Чуть перепутал слова…

6.08.2013 г.

П Е Р Е П У Т А Л

    Ехал я на борзой тройке,
Робко глядя на дугу,
После дружеской попойки
В узком праздничном кругу.

И чего-то там засело
В затуманенном мозгу:
Под дугой кольцо висело,
Я б хотел увидеть – згу!

И спросил я у водилы,
Что сидел на облучке:
«Где же зга твоя, мой милый,
Что за шайба на крючке?»

И ответил кучер браво:
«Эх, ты, горе-мелюзга.
Это сам ты шайба, право,
А вон то колечко – зга!»

Ну, какая же балда я,
Доброй старины изгой,
Колокольчик, дар Валдая,
Перепутавший со згой!..

6.08.2013 г.

  *     *     *

   – Здорово,  Петя! Как дела?
– Здорово, Вася! Всё нормально –
Купил  недавно «Кадиллак».
Вот так. Конкретно и реально.

– А  что за бизнес у тебя?
– Я  композитор. Популярный.
Везде меня поют, любя.
Я нарасхват, и гонорарный!

– А чем ты в нынешний сезон
Особенно стал знаменитый?
– Ну  вот, к примеру: «М-м-м… Данон!»
– Да, Петя… А слова – мои-то!..

23.01.2002 г.

ПОНРАВИЛОСЬ

    После  бенефиса был банкет,
И артисту говорит поэт:
«По душе нам классная игра,
Ещё лучше – красная икра!»

23.03.2005 г.

Я З Ы К      Б А Л Ь М О Н Т А

   «Мы  говорим  на разных языках.
Я свет весны, а ты усталый холод». –
Заметил как-то нам в своих стихах
Бальмонт тогда, когда ещё был молод.

Язык… Он изучил шестнадцать их –
Вот сколько их Марина насчитала.
«Семнадцатый Бальмонтовский язык»
Его поэзию Цветаева назвала.

Но годы шли. Светлела голова.
«Приходит мир раздумья. Истомлённый,
вникаешь в полнозвучные слова…»
Писал поэт в сонете о влюблённой.

И, наконец, известен и велик,
Он пишет так, что в рифме чую боль я:
«Язык, великолепный наш язык.
Речное и степное в нём раздолье.

В нём клёкоты орла и волчий рык,
Напев, и звон, и ладан богомолья.»
И далее воспел седой старик
В шести десятках строк российское приволье.

Семнадцатый язык его сверкал,
И были рамки лексикона узки.
Я счастлив, что на русском он писал,
И что у нас один язык с Бальмонтом – русский!

31.03.2002 г.

*     *     *

    Странны,  о Боже, причуды любви,
Странны бывают признанья –
Пигмалион, вон – признался, обви-
вая своё изваянье.

Тьма андрогенов у Зевса в крови!
Правда, нам это не внове:
Зевс-Иоложец признался в любви
Созданной Герой корове.

Это ещё ничего. А Нарцисс
В самой решительной фазе
Сам на себе при признаньи повис,
И закололся в экстазе.

08.04.2002 г.

*     *     *

    Задумчив  томный взгляд, прекрасен нос и рот,
И нежный абрис форм меня волнует,
Но  почему  всегда, когда она поёт,
Мне кажется – Жизель канкан танцует?

И ангельский на вид, вдруг исчезает лик.
– Но кто она? – Я б мог ответить по-простецки,
Но как бы Леонид не вырвал мне язык…
Я лучше  «почему» спрошу вас по-немецки.

28.03.2002 г.

*     *     *

    У природы  есть плохой погоды
Долгие безрадостные дни,
Что бы там российские рапсоды
Ни вещали нам с эстрад. Они

Нам поют эстрадостные песни
В ноябре, а за окном, прости,
Дождь и слякоть, ветер, хоть ты тресни,
Пробирает до мозга кости.

Наизнанку вывернуло зонтик,
До колен заляпало штаны.
Метрах в десяти – на горизонте –
Еле-еле фонари видны.

Холод и намокшая одежда,
Ветер с ног меня вот-вот собьёт.
Остаётся слабая надежда,
Что до пневмонии не дойдёт.

Так не нужно поэтессам врать и
Говорить: «Плохой погоды – нет!»
Мне не надо этой «благодати»,
Благо, я и сам почти поэт.

19.03.2003 г.

П Р О З А

   Под  струями лёгкого бриза,
Любуясь остатками фриза
У белых колонн Херсонеса
Бродил я когда-то, повеса.

Две медных античных монетки
Нашел я на тропке. Нередки
Они для российского юга,
И я утаил их, ворюга.

Античного храма руины.
Здесь прежде кричали павлины,
И барсы водились, а ныне –
Лишь кустики чахлой полыни.

На мраморе белом Каррары
Надколы и трещинки стары,
А что там – за тем поворотом?
Возможно, расщелина с гротом,

А, может быть, древние термы –
Джакузи, сказали б теперь мы?
А вдруг, сорняками увитый
Увижу я стан Афродиты?

Когда-то бродил здесь Волошин,
Но был бы и он огорошен,
Увидев, простите за прозу,
Огромную кучу навозу.

27.03.2003 г.

Г Р И П П

    Заболевши птичьим гриппом
После трёх сырых курей,
Я воскликну что-то типа:
«Дайте мне блокнот скорей!

Я люблю свою отчизну,
Хоть бываю с нею строг.
Напоследок ярко брызну
На неё бессмертьем строк.

Если я загнусь, хворая,
Я коней не тороплю, –
Крикну я: «Не надо рая,
Дате лучше «Терра-флю»!

Если спросит медицина:
«Полис есть? Тогда лечу!»
Я без всякого рицина
Медицину окачу

В десять струй потоком брани
Да на всю святую Русь,
А потом, в рассветной рани
Еле слышно извинюсь…»

04.11.2005 г.

А      Ц Е Л Ь      Б Л И З К А

    Я  подумал: вряд ли цель Природы
В чистом виде человек – per se.
В мире размножаются народы,
Правда, не всегда, да и не все,

Но плодятся – нас уж миллиарды,
Но зачем Природе мы нужны?
Бомбы? Старты? Нарты? Нарды? Барды?
Что такое сделать мы должны?

Человек – не цель Природы, средство.
Цель же – галактический развал,
Чёрных дыр безумное соседство
И вселенских вихрей карнавал.

Что сама не может Мать-природа?
Скажем, изготовить «Токамак».
Без весьма неглупого народа
Термояд не получить никак!

Может, человечьими руками,
Исподволь привыкшими к огню,
Электронно-встречными пучками
Тянет нас Природа в западню?

«Помести частицу внутрь ловушки, –
Шепчет нам коварный голосок, –
И пальни из электронной пушки –
Потечёт энергии поток!..»

Но, когда в немыслимой натуге
Втиснет человек её туда –
Вмиг парсеков на пятьсот в округе
Выплеснет сверхновая звезда.

30.03.2003 г.

П Р И Р О Д А

   Природа  –  дело благородное.
Хотел я приобщиться к вечности –
Вонзилось тело инородное
В мои любимые конечности.

Я так и сел, весьма обиженный
Такой природной неучтивостью,
На блин коровий чуть ожиженный,
Различной насекомой живностью.

Облепленный кой-чем и мухами
Зелёными и тёмно-серыми,
Я брёл домой, томимый муками,
Когда вороны мне осерили

Башку, дотоле русой бывшую,
И от гуано серой ставшую,
Природу сызмальства любившую,
А нынче истину познавшую.

Бреду я, комарьём искусанный,
Произнося слова народные,
Простые, очень безыскусные:
«Природа – дело благородное!»

22.04.2003 г.

Н Е      М О Я      В И Н А

   Дактиль , как дятел в башку мне колотит.
Раза три стукнет – рифма ползёт.
Смысл, правда, тонет порою в болоте,
Только болото сам Бог создаёт!

Пусть не всегда до конца гармоничный
Стих мой, и дактиль отчаянно плох,
Нет в том заслуги моей чисто личной:
Водит моею рукою сам Бог!

Я, как известно, писать стал недавно –
Мало успею стихов и баллад,
Но если что и получится славно,
В этом ведь тоже сам Бог виноват!

05.05.2003 г.

О      С Е Р В И С Е      Г О С Т И Н И Ч Н О М

   – Номер  в сутки – триста евро! –
Встретили ещё в фойе.
– Да  откуда у нас евро? –
– Евро нет – тогда у.е.!

10.10.2003 г.

О      Т А Л А Н Т Е

    Как  вперёд продвинулась наука:
Научились – вот какая штука! –
Уровень таланта измерять.

Я в науку с детства слепо верил.
Думаю: кто б мой талант померил?
Ладно, проверять так проверять!

Взял своих стихов одну тетрадку,
Томик Пушкина, скорее для порядку,
Чтоб сравнить его талант с моим,

И вошёл под своды помещенья,
Где производились измеренья.
«Мой талант… Он разве измерим?»

Слышу только: «сканер… гигабайты…
Стример… спеллер… утилиты… сайты…»
Вижу очень странный агрегат.

Подхожу поближе – ручки, кнопки,
Столик, микрофон, дискеток стопки
И большой красивый циферблат.

Вдруг в машине что-то как завыло,
Я не знаю что же это было,
Только слышу: «Ёлки… твою мать…

Ну, талант… Зашкаливает, братцы!
Э, любезный, хватит издеваться –
Ну-ка томик Пушкина убрать!»

Я, конечно, томик отодвинул,
А тетрадь своих стихов придвинул –
Никакого звука. Тишина.

Говорю: «Хреновая машина –
Перегрелась от таланта шина.
Что-то у вас хлипкая она!»

Подошёл поближе оператор,
Подкрутил какой-то регулятор,
Пододвинул ближе микрофон,

Положил тетрадь мою на плату,
Ногтем постучал по циферблату,
И, вздохнув, сказал кому-то: «Фон…»

30.09.2003 г.

О      Н А У К Е

    Нужно было как-то ультразвуком
Обработать некий образец
В институте. Хоть бедна наука,
Но – умна. Решили, наконец,

Вместо драгоценных установок,
Витаса с концертом пригласить.
Парень – золотой: без подтанцовок
Согласился полчаса повыть.

Результат, который был получен,
И декан предугадать не мог:
Образец остался не изучен –
Рухнул факультетский потолок.

30.09.2003 г.

О      М Е Д И Ц И Н Е

   – Что, Сергевна, всё порхаем?
– А, Матвевна, да какой…
Мы со старым всё хвораем,
Кто ногой, кто головой.

Я уж и ноотропилом
Старому башку лечу,
Мумиём – на кружку пива
Полтаблетки – и хочу

Сиднокарбу ему в кашу
Послезавтра подмешать.
Ну, а всю семейку нашу
Чем прикажешь исцелять?

У золовки золотуха
И негнойный менингит,
У невестки в оба уха
Замандрючился отит.

У племянника – обидно –
Лимфогрануломатоз,
А у деверя торпидно
Протекающий фимоз.

Посоветуй мне, Матвевна,
У тебя же медик тесть. –
– Я скажу тебе, Сергевна,
У меня ведь опыт есть.

Видно мне, что в медицине
Ты не петришь ни гу-гу.
Пробуй олеум рицини! –
– Ой, спасибо!.. Побягу!..

02.10.2003 г.

О      Б Л А Г О Т В О Р И Т Е Л Ь Н О С Т И

    Какой-то  бомж в собор зашёл
И стал просить себе у бога:
«О, сделай так, чтоб я нашёл
Хоть сто рублей! Живу убого…»

И слышит голос: «Эй, мужик,
Ты что, в натуре, возникаешь
По мелочам? Господь велик,
А ты его, блин, отвлекаешь.

На, штуку баксов забери,
Пока, конкретно, не обидел,
И чтобы больше я внутри
Тебя сегодня, блин, не вдел!»

На свой вокзал, не чуя ног,
Шёл бомж, не замечая вьюги,
И бормотал: «Господь помог:
Не вывелись ещё ворюги!»

13.10.2003 г.

О      М Е Ц Е Н А Т С Т В Е

    Услышав : «Милости прошу!»
Подумал спонсор: «Шиш получит!»
И он сказал: «Не выношу,
Когда о милости канючат!..»

28.02.2003 г.

О     П Ы Л И

     По углам на паутине
Лишь сухие мухи.
В горестной тоске-кручине
Местные старухи.

Пыль на лавке, пыль на печке,
На полу слой пыли.
Ноют девичьи сердечки –
Снова их разбили!

Мусор в горнице повсюду,
Сор и хлам давнишний.
Снова я подругу буду
Обнимать под вишней.

Обмахну я лишь для вида
Со стола пылинки.
Ты сегодня, Зинаида,
Прямо как с картинки!

Ну и что, что продавщица,
Вам какое дело?
Не хотелось ей учиться,
А какое тело!

Заплету тугие косы
Я супруге Зине.
Покупайте пылесосы
В нашем магазине!

18.03.2004 г.

О    С И Н Е В Е

     Синей искрой вспыхнул перстень –
Стокаратовый сапфир.
Перс сжимал перстами перси
Персиянки Кюрдамир.

Глядя с пристальным нахальцем
И немного свысока,
Перекатывал под пальцем
Бугорок её соска.

Грудь воистину прекрасна,
Лишь когда обнажена,
Но, пальпация напрасна –
Холодна его жена.

Только, чуть раздвинув губы,
Шепчет, улучив момент:
«Ты давно не чистил зубы
Синей пастой “Пепсодент”…»

16.10.2006 г.

У Т Р О

    Вновь твоё заставляет с постели  подняться сиятельство,
Я лежу, сознавая, что мне уже скоро вставать,
Приходя, наконец к пониманью того обстоятельства,
Что решенье твоё невозможно опротестовать.

Я встаю, еле-еле глаза раздвигая с опаскою,
Вижу сумрак прохладный и чётко налаженный быт,
Чищу зуб свой единственный фторсодержащею пастою,
И опять за компьютор сажусь, одолевши свой стыд.

И, не выйдя ни разу во двор из своих апартáментов,
Буду век коротать свой впивая глаза в монитор,
От судьбы защищаясь работою тех департаментов,
Что хронический мой помогают исправить запор.

И когда, наконец, от меня ты уйдёшь окончательно,
Перестану я чистить опять свой единственный зуб,
И почувствую снова, что жизнь на Земле замечательна
В ожидании часа, когда хоронить понесут…

16.10.2006 г.

*     *     *

……………………………………………….Кто ты – сосуд, в котором пустота,
……………………………………………….Или огонь, мерцающий в сосуде?           ………………………………………………………………………Н. Заболоцкий

Огонь  в сосуде – это красота!
Но, коли речь заходит о посуде,
Я не сосуд, в котором пустота,
А то, что всунули в сосуд мой люди.

Со школьных лет учителя кладут,
По крайней мере пару пятилеток,
Крупинки знанья в хрупкий мой сосуд.
Так мамы кашей кормят малолеток.

Ещё пять лет кладёт любимый вуз,
В студенте тягу к знанью обнаружа,
В сосуд мой хрупкий знаний нужный груз.
Так жёны кормят любящего мужа.

И дорогой двоюродный мой брат,
Имеющий на всё свои ответы,
Уже, пожалуй, лет за пятьдесят
Кладёт в сосуд мой дельные советы.

И вот уже в сосуде места нет.
В нём содержимое недавно забродило,
Из горлышка, как джинн, полез куплет…
Так.  Видимо, невестка обкормила.

05.05.2003 г.

Э К С П Р О М Т

    Мелькнула  мысль. Попробую поймать её
И превратить в бессмертные слова.
Мелькнула – и погасла. Ну, и мать её
По-прежнему пустая голова…

Опять мелькнула… Не успел поймать её
И  зафикси… Короче, удержать.
Останется родная  «Хрестоматия»
Без плодотворной мысли.
Ну, и мать…

04.09.2004 г.

В М Е С Т И Л И Щ Е          Д У Ш И

    Из  мяса, сала и костей
Сложил однажды тело Бог,
Добавил соков без затей –
И в мир пустил. А чтобы мог

Адам  любить, страдать и петь,
И чтоб он мог писать стихи,
Пришлося Богу попотеть,
И он добавил требухи.

Теперь, когда стихами дам
Поэт захочет поразить,
Придётся вспомнить, что Адам
Вначале без стихов мог жить

И без души, так как не мог
Духовный совершить полёт.
Потом добавил душу Бог
И – слышишь? – требуха поёт!

11.09.2004 г.

*    *    *

…………………………………..Острою секирой ранена берёза,
…………………………………..По коре сребристой покатились слёзы…
……………………………………………………………………..(А.К.Толстой)

 ………………………………….Пилой поющею подточен яркий ствол
…………………………………..Ещё не выжившей свой полный век берёзы.
……………………………………………………………………..(К.Д.Бальмонт)

    Срублена  берёза
Топором тупым,
Содрана берёста,
Валит чёрный дым.

Скоро струйка дёгтя
Потечёт в ведро.
Тут затрат с полногтя,
А навар – с бедро!

Будет лес товарный,
Если пилишь вдоль,
Уголь самоварный,
Дёготь, канифоль.

Будет радость дурня –
Полный портмонет.
Будет смолокурня.

А берёзы нет.

10.09.2001 г.

Ц Е Р А П А Д У С

(Сонет)

    Не  каждый  адвокат – Плевако.
Не всякий Плиев – генерал.
И кто Гомера не читал
Не чужд поэзии, однако,

Не знает истинного смака,
Кто церападус не едал –
Гибрид черёмухи Маака
И вишни сорта «Идеал».

Вкус этот не забудешь за год!
Плоды в кистях по три-пять ягод
Так кисло-сладки и горчат…

Его не пробовал я, право,
Но разве Пушкин пил отраву,
Когда описывал анчар?

04.11.1999 г.

О      Ч У Б А Й С Е

     Рыжий, рыжий, конопатый,
Убил дедушку квартплатой!

10.04.2004 г.

М У Ж С К А Я      С Л А Б О С Т Ь

    Мой  друг до баб был страшно слаб,
Был адюльтер в чести,
И стала вешалка для шляп
На голове моей расти.

Однажды к другу я зашёл,
А друга дома нет,
Но тёплый я приём нашёл –
Жена мне сделала омлет,

Наполнила бокал вином,
Ну, всё как повелось…
Теперь мы с другом вновь вдвоём
Гулять идём – олень и лось.

17.01.2002 г.

*     *     *

     Бабье уходит лето,
Молча стою на балконе я.
В золото листьев одета
Осень цвета мекония.

Солнце за крыши село,
Вечер пришёл с прохладою.
В доме напротив соседка
Губы мажет помадою.

Сыро, за ворот холод
Лезет, щекочет кожу.
Я ещё, видно, молод –
Строю соседке рожу.

«Эх, женишка тебе бы…»
Птичек не видно вовсе,
Голо и серо в небе –
Это настала осень.

Скоро зима наступит,
Вьюги придут с морозами,
Ведьма в холодной ступе
Станет пугать угрозами

Травм, пневмонии, сыпи,
Или обморожения,
Буду проклятья сыпать
Ей до изнеможения.

Буду тепло одетым
Есть не салат, а каши…
Где ты, другое лето,
Только не бабье, наше?

19.11.2006 г.

С В Я Т О Ш А

    Молился, постился, учился у лам,
Но всё это, видно, не впрок:
Добравшись до рая с грехом пополам,
Увидел огромный замок.

Он долго стоял у запахнутых врат,
Так долго, что сам был не рад,
И, плюнув на дужку, воскликнув: «ну, гад!»,
Побрёл потихонечку в ад.

19.03 2002 г.

О      З В Ё З Д О Ч К А Х

    Загадали  звезду. Ты свою, я свою где-то рядом –
Близ Стожар две мерцающих маленьких точки над ё.
Тридцать лет пронеслось. Проследил я их пристальным взглядом
И увидел – сияют два солнца – твоё и моё.

Мы расстались давно, но две искорки в небе остались.
А вчера тебя вспомнил, и на миг навернулась слеза.
Где же звёздочки наши, надеюсь они не расстались? –
И я поднял на небо под мощным биноклем глаза.

Ни одной не увидел звезды в сизом сумраке ночи,
Ни твоей, ни моей в тот безлунно-полуночный час.
Только зыбкое марево видят бесстрастные очи,
Только тёмное небо, пустое, как выбитый глаз…

25.04.2004 г.

О    З Н А Н И И

    Знаю  всё, что будет с нами
И скорблю от этих знаний.
Убедитесь в этом сами:
Будут радости признаний,

Будут проводы и встречи,
Поцелуи, поздний вечер,
Музыка, цветы и свечи,
Всё путём, по-человечьи.

Будут будни долго, долго.
Чувства? Будут – чувство долга,
Чувство, что живёшь без толка,
Что ты нитка, не иголка.

А потом – тому порука
Жизнь, и в этом-то вся штука,
Будет – о, какая мука! –
Скука, скука, скука, скука…

10.05.2004 г.

О      Г Н Е В Е

    Иуда  вызывает гнев любого иудея:
За тридцать сребреников самого Христа продать!
Уж сколько поколений все клянут злодея:
За тридцать… А ведь мог за сорок пять!

18.04.2004 г.

О Б      Э С Т РА Д Е

    Посмотрел  вчера  «Блестящих» на эстраде.
Во фигуры! – не худые, не мясистые,
Прямо Бабкиной на зависть, тёте Наде, –
И не дуры, и такие голосистые!..

28.03 2004 г.

*    *    *

К.Д.Бальмонту

    Утро.  Тронута росою
У тропинки медуница,
А за лесополосою
Разгорается зарница.
Были ранние утраты –
Горевала до утра ты.
Утро раннее! Вначале
Утоли её печали.

День… Деньгами пахнет, потом.
Долог детства летний день.
Динь… Привязанный к воротам
Колокольчик – трень, да брень.
Дань природе или моде –
День одет не по погоде:
Дунь – и полетят листы,
И разденутся кусты.

Вечер. Вечное венчанье
Дня и ночи. Дальний гром.
Ветер. Вербное качанье.
Ведьма с чёртом за бугром.
Скоро серый сумрак скроет
Их обоих, и завоет
Непогода, а пока –
Розовеют облака.

Ночь. Начало новолунья.
Нежен тонкий лунный серп.
Стоя в ступе, спит колдунья
На минуту не присев.
Полночь. Ветра синий свист
Обрывает с вербы лист,
И гудит всю ночь косматый
Кто-то за соседней хатой…

08.02.2000 г.

*    *    *

   Грезится,  миражется,
Мнится, снится, кажется,
Чудится, мерещится –
Кто-то  в  ванной плещется,
Брызжется, купается,
Грязь отмыть старается,
Банным мылом мылится
И отмыться силится,
Бородатый и плечистый,
Видимо, совсем нечистый:
Он под душем во весь рост
Моет рыло, рожки, хвост,
Пятачок, копытца…
Вот что мне блазнится,
Грезится, миражется,
Мнится, снится, кажется,
Чудится, мерещится…
Но никто не плещется –
Ведь воды давно уж нет,
Не промыт и туалет,
А у чертей – одна черта:
Их тоже нету ни черта.

08.09.2001 г.

О Р О Г О В Е Н И Е

    Всем  известно, что разгул
На рога влияет очень.
Был комол и Вельзевул
До Вальпургиевой ночи.

Предрассветною порой,
Когда ночь черней чернила,
Дьяволица под горой
Вельзевулу изменила.

Помнит Лысая гора
Много ярких сцен разврата,
И полезли на-гора
Сатанинские рога-то.

(С той поры и чёрт рогат,
И его худые плечи
Украшает шар-ухват,
Чтоб горшки таскать из печи.)

«Камасутрой увлеклась? –
Сатана чесал над ухом. –
С кем ты там имела связь?
Неужели групповуха?»

И пока свой гнев метал
На жену рогатый Дьявол,
Кракатау рокотал
Меж Суматрою и Явой.

Я узнал недавно, с кем
Изменяла Сатанесса.
Рассказать вам? Но зачем
Доводить вас всех до стресса?

20.01.2002 г.

*     *     *

    Никогда  я не знал,
Почему любим сказку и миф мы.
Я читал и заснул,
И тогда мне приснились стихи.

Я во сне целовал
Из прохладные тонкие рифмы
И нагою ногой
Раздавил злую рифму «грехи».

Помню, хрустнуло «ха»
Под ногою садовой улиткой
И оставило слизь
На тропинке приснившихся фраз.

Парафразой стиха,
Криминальной великой уликой
Мне навстречу неслись
Тропы стоп и синекдоха глаз.

Под моею рукой
Чуть дрожали пупырышки-буквы,
И цеплялась за руку
Буква «ща» в нежном слове «грущу».

Отпущу на покой,
Чтоб не ведали творческих мук вы.
Ах,  изведали муку?
Тогда никуда не пущу!

25.01.2002 г.

*    *    *

     Волну  за волной, волну за волной
На берег пустой погнал ветерок.
Такой озорной – подул над водой
И в сини густой качнул поплавок.

Волне за волной, волне за волной
Кивает листом  седой краснотал.
Сазан золотой блеснул чешуёй,
Махнул мне хвостом, мелькнул и пропал.

Волна за волной, волна за волной.
Качает баркас речная рука.
Сегодня со мной шутил водяной –
Один водокрас улов рыбака.

26.02.2002 г.

О      Г А Н Е

     Говорили  все о Гане
Только как о хулигане:
Хулиган, хулиган, хулиганище!

Нам сказала тётя Маня:
«Видите? – вон мальчик Ганя,
Он плохой, а может даже наркоман ещё!

Так что вы с ним не дружите,
В гости к Гане не ходите:
Чего доброго, у Гани – даже воши е!

Мы сказали: «Тётя Маня,
Пусть к нам в гости ходит Ганя:
Нас не надо опасаться – мы хорошие!»

17.11.2003 г.

*     *     *

.0167 - Стихотворения

     Вот  и осень наступила.
Жёлтый лист с ветвей стекает.
Мама печку затопила –
Ночью сильно холодает

Утром лужицу у дома
Застеклил мороз-стекольщик.
Тащит в склад металлолома
Чьи-то вёдра барахольщик.

Небо серое без сини.
Чиркает метлою дворник.
Наступил по всей России
Понедельник. Завтра – вторник.

25.09.2001 г.

Л Ё Г К И Е      С Т И Х И

     Лёгкой  искрой светляк проплывёт в вышине.
Я скажу: «Погляди – светлячок! К урожаю!»
И услышу в бездонной глухой тишине
Лёгкий шёпот: «А я уезжаю».

И разверзнется небо, и тяжёлая дрожь
Раскачает стволы вековых исполинов,
И потухнет в степи предзакатная рожь,
Лёгкий флёр тёмной тучи надвинув.

И тогда ты уедешь по уснувшей реке
К берегам жёлто-пыльной далёкой Эллады,
Мне оставив на память на распухшей щеке
Лёгкий запах французской помады.

21.04.2004 г.

………………..В альманахе «День поэзии 1981» публиковалась подборка
………………..рисунков пером  В.А.Жуковского, а также  шаржи  поэтов
………………..Л.Озерова, В.Гончарова, А.Блока  и  других поэтов,  в том
………………..числе А.Пушкина.

*     *     *

     Был труден труд поэта ране.
Пером гусиным – нелегко.
Будь «Паркер» у него в кармане,
Он натворил бы – ого-го!

Возьмите Пушкина хотя бы:
Не лейся с пёрышка чернил
Поток на профили и ямбы –
Да он Жуковского б затмил!

А будь бы у поэта «шарик» –
Никто б сравниться с ним не мог:
Ни сам Шагал, парижский Марик,
Ни Озеров, ни Гончаров, ни Блок!

17.04.2002 г.

О Х О Т Н И Ч Ь Е

     Песков,  Згуриди и Дроздов
Пошли раз на охоту.
Не настреляли ни дроздов,
Ни льва, ни бегемота.

Потом решили испытать
Удачу в одиночку,
И разошлись, чтобы опять
Собраться перед ночкой.

Дроздов, себя не чуя в зле,
Без дичи возвратился,
Но, к счастью, у костра в котле
Уже обед варился.

Вот начал остывать обед.
Песков налил рюмашку.
Згуриди нет, и нет, и нет.
Дроздов сказал: «Мне Сашка

Не нравится. Противный, гад!»
Песков в ответ: «Послушай,
Да он и вправду жестковат.
Не нравится – не кушай!»

19.03.2002 г.

*     *     *

   Каптал  порвался –
Не беда!

Ляссе пропала –
Не беда!

Страницы нету –
Не беда!

Пятно от сыра –
Не беда!

Обложка смята –
Не беда!

Обрез потрёпан –
Не беда!

Шмуцтитул вырван –
Не беда!

Изъянов нету –
О, вот беда!

07.12.1999 г.

Н А Б О К О В О Е

    На липовой аллейке, где парк и глух, и тих,
Сидела, упиваясь мороженым суфле,
Лолита на скамейке, вдали от глаз людских,
И ножкою качая в хорошенькой туфле.

С ней рядом, в душегрейке, немолодой поэт
Сидел немного боком, немного впереди,
По локонам, по шейке, читая свой сонет,
Скользил нескромным оком. По девичьей груди…

И женское начало над детским взяло верх.
Полураскрылись губки и поцелуя ждут,
Сердечко застучало, запрыгало, как стерх
На свадебной прогулке… Как медленно идут,

Как тянутся минуты… Когда же, ну, когда
По прелестям девичьим скользнёт его рука,
По девичьим красотам?.. Она промолвит «Да…
Надеюсь, что ты ВИЧем не болен?..» А пока –

Звучит любовный лепет, блуждает жадный взор…
Вдруг сел на ветку липы «ночной павлиний глаз»,
– О, крыл волшебных трепет, немыслимый узор!
Ступай домой, Лолита, не до тебя сейчас!..

07.11.2008 г.

ужас Копирование - Стихотворения

У З О Р

     Мой узор, сверкая чёткой
Кристаллической решёткой,
Мне напомнил стих метричный,
Гармоничный и ритмичный.

Мой узор своей фактурой –
Кристаллической структурой –
Дарит зрителям логичность,
Мелодичность, ироничность.

Мой узор похож на слово
Кристаллической основой,
Но, он сух, суров, бесцветен,
Сер и этим беспоэтен.

08.04.2006 г.

П Р И с о С Е Д И Л С Я

   К редкостным словам на «со» –
Мясо, просо, колесо,
Песо, Пикассо, серсо,
Несколько Руссо, лассо,
Да ещё мадам Тюссо, –
Присоседился Сосо.
Как сказал японец Со
С полуострова Босо,
«Это осень холосо!»

11.04 2006 г.

А Л Л И Т Е Р А Ц И Я

К.Д.Бальмонту

    С  ложки  скользнула лапша.
Ладно б в тарелку попала –
Бледен лесковский Левша:
Левая длань пострадала.

Боли горилкой леча,
Долго Левша бюллетенил.
Платов не звал палача –
Лично Левшу отметелил.

Плюха была неплоха –
Плакал Левша загулявший,
Лихо ковалась блоха,
Глаз заплывал пристрелявший.

Платов Левшу подгонял.
Длань воспалённо пылала.
Кончили дело. Финал.
Только блоха не скакала.

Ладно ли было лепить
Тяжеловесную плюху?
Лучше бы опохмелить,
Иль пригласить ему лекаря…

Люди! Любите Левшу,
Благословляя  Лескова,
Платова, плюху, лапшу
И легковесное слово!

27.09.2001 г.

П Р Е Д Ч У В С Т В И Е

    На днях, внезапно, у меня
Возникло, среди бела дня,
Неведомое ране чувство.

Сидел я в комнатной пыли,
Читая книжечку Дали,
Поелику люблю искусство.

Читал о пуках юных дев,
Слегка от темы обалдев,
А мысль моя возьми да вспухни,

Что я в квартире не один
Среди рисунков и картин,
А кто-то возится на кухне.

Преодолев невольный страх,
Предчувствуя возможный крах,
Я робко поднялся со стула –

Седлал водопроводный кран
Большой усатый таракан.
Предчувствие не обмануло!

14.08.2003 г.

Н А      П О Х О Р О Н А Х

    Я, тост сказав во славу жмурика,
За обе щёки снедь уписываю,
И тут услышал голос Шурика:
«Не торопитесь… я запи… сываю!»

17.04.2004 г.

З А К А Т

    Загорелося  пламя заката,
Золотится дорожная пыль.
За полоской, несжатой когда-то,
Шевелится под ветром ковыль.

Пролетели протяжные годы,
Промелькнули неспешные дни,
В бесконечных кладовых природы
Остаются минуты одни.

Потемнела полоска заката,
Поседела туманная даль,
На пригорке, весёлом когда-то,
Разливается тихо печаль.

Растекается сонно прохлада
Под неяркой вечерней звездой,
За куртинами старого сада
Проскрипел в тишине козодой.

В серый сумрак, как в прятки играя,
Погрузилась седая листва.
Нет, в натуре, прекраснее края,
За базар отвечаю, братва!

06.09.2003 г.

У Ч И Т Е Л Ь Н И Ц А М

    Уже  полвека как ошибка сдеена,
И в Медицинский поступил я сдуру.
Спасибо Вам, Евгения Андреевна, –
Я из-за Вас люблю литературу.

Прочёл я книг за пятьдесят лет столько,
Что мог от вас «четвёрку» получить.
Не надо было заставлять нас только
«Скажи-ка, дядя…» наизусть учить.

Пошла на пользу также и грамматика,
Хоть был я в школе с ней не очень дружен,
Но мне она нужней, чем математика,
А вот немецкий мне совсем не нужен.

Хотя застряли у меня в груди
И мит-нах-аус-цу-фон-бай-зайт-бинен,
Дэр-дэс-дэм-дэн, да  и  ди-дэр-дэр-ди,
Но всё равно остался я дубиной.

И я забыл, что Химмельсспайзе – манна.
Простите, Зинаида-свет-Иванна!

06.09.2003 г.

М О Т И В А Ц И Я

    «Учительницу грохнул ученик,
Мотивы неясны, – газета пишет, –
Ведь к двойкам он уже давно привык,
А оскорблений он давно не слышит…»

«Ну, значит, довела, – подумал я, –
Пятёрку, знать, поставила, дурёха…»

Какая же я, всё-таки, свинья,
Подумав об Учителе так плохо.

20.11.2006.

Р А С Т Р Я С К А

     Жена решила растрясти жирок.
Врачи сказали: «Занимайтесь бегом!
Движенье – всё! Даём вам месяц срок».
Жена трясла жирок
……………………….весь срок
………………………………………верхом на Пегом.

Каков же результат – хотите знать –
Растряски жира? Взвесили… Грустнею:
За месяц килограммов двадцать пять
Был сброшен Пегим.
……………………………..А подобран ею.

21.01.2007 г.

П Р О М А З А Л …

    Играя в гольф с отцом Керрú,
Сэр Джим по лунке промахнулся.
Сказав в сердцах: «Чёрт побери,
Опять промазал!..», усмехнулся.

Отец Керрú ему сказал:
«Грех выражаться так нелестно.
Как бы господь не наказал
Вас óгнем молнии небесной…»

И в этот миг раздался гром,
И пал отец Керрú, сражённым
Небесной молнией, с нутром,
Смертельным óгнем обожжённым.

Сэр Джим остолбенел тотчас,
На жертву глядя скорбным глазом,
И услыхал небесный глас:
«Чёрт побери, опять промазал!..»

23.01.2007 г.

Л И К О В А Н И Е

     Жила в деревне бабка Лушка.
Ей что-то почтальон принёс,
И горько плакала старушка,
Подолом вытирая нос.

Зажгла под образами свечку,
Взглянула скорбно на портрет
И тихо вышла на крылечко
Сказать, что Вани больше нет.

В деревне радовались, пели,
Старушку тесно окружив:
Погиб Иван, всего недели
До дня победы не дожив.

Односельчан не огорчая,
Пошла и бабка Лушка в пляс –
Погиб сынок второго мая,
А день Победы был сейчас.

«Ура» кричала, как девчонка,
И ликовала, как в бреду…

Лежала рядом «похоронка»,
Когда нашли её в саду.

09.05.2008 г.

Г Н О М А

    Когда  поеден винегрет,
И пиво всё уже попили,
Не говори с тоской: «Их нет!»,
Но с благодарностию: «Были!»

17.04.2004 г.

И Д Е Я

    Я вынашивал  идею,
Думал, что когда рожу,
Я идеею своею
Всех на свете поражу!

Думал: вот случатся роды,
И родившейся идее
Изумятся все народы,
Может даже иудеи!

Поделился с другом ею:
«Как тебе такой феномен?»
Вот пишу, а сам краснею,
Потому что очень скромен.

И сказал мне мой приятель,
Что идейка – третий сорт…
Так что, дорогой читатель,
Извините за аборт!

16.09.2003 г.

*     *     *

   Уж давно минýло лето,
Небо сеет дождик, но
Бергамотного ренета
На базаре уж полно.

И других прекрасных фруктов:
Для зубастых – просто рай!
Хоть на праве узуфруктов
Чью-то челюсть занимай…

28.10.2003 г.

О     Я З Ы К А Х

    – Я  русский  бы выучил только за то, –
Сказал раз один полиглот, –
Что милая Агния Львовна Барто
Воспела им детский народ.

– А сколько ты знаешь всего языков? –
– Штук десять, но русский… о, батюшки!
На нём говорил Батюшкóв, Языкóв…
Точнее – Языков и Бáтюшков.

И Пушкин, и Гоголь, и Блок, и Эфрос
На нём говорили о нём.
И Ленин говном обозвал Наркомпрос
В двадцатые годы на нём.

– А ты иероглифы знаешь? А что,
В языках ты просто колдун.
Осилишь китайский язык? –
– Ни за что! :
На нём говорил Мао Цзе-Дун!..

17.09.2003 г.

К      В Ы Б О Р А М      П Р Е З И Д Е Н Т А

     Нынче  кандидат довольно милый:
Претендент – Ирина Хакамада.
Только завтра Южные Курилы
Отдавать японцам будет надо…

12.03.2004 г.

Д А Ч Н О Е

    Лежать и сохнуть – вот страданье.
Когда ж она своё вниманье
И на меня оборотит?
Когда проснётся в ней желанье?
А я ведь ничего на вид,
Но сохну, сохну в ожиданьи.
Она всё возится на грядке –
Как видно, там не всё в порядке.

Но вот неспешно обернулась,
Сюда идёт. Прекрасно. Чудно!
Я чувствую, и в ней проснулось
Желанье. Значит – обоюдно.
Она подходит ближе, ближе,
Уже её я рядом вижу.
За грядками собаки лают…
Она с улыбкой смотрит так,
Что понял я – меня желают.
Вон – приготовила «тик-так».

О, как я жду её, плутовку –
С восторгом, страхом и тоской…
Она берёт мою головку
Своею трепетной рукой,
Несильно в пальчиках сжимает:
«Ого, ты крепенький какой!»
Желанный миг! Он наступает.

Пока ещё я в грубой коже.
Она меня разденет тоже.
Вот… начинает раздевать…
Я с нетерпеньем буду ждать,
Когда она захочет впиться
В мою сжигающую стать,
Чтоб в этот миг я мог с ней слиться.

Я жду, когда прелестный ротик
Моей тугой коснётся плоти,
И нёбо жаром обожжёт.
Почти раздет… Уже вот-вот
Её коралловые губки
Вспылают, словно от огня,
И ослепительные зубки
Вопьются с трепетом в меня…

Сейчас… Ещё секунда минет –
Меня к зубам она подвинет,
Раздастся хруст… Мороз по коже…
Настал мой смертный миг, о Боже…
Какой проворный язычок…
Я умираю… Едет крыша…
Последнее, что я услышу:
– А что, удался чесночок!

23.09.2003 г.

Л Е Т О М      В      Д Е Р Е В Н Е

№0001. Осень в рамке - Стихотворения

    Я  уплыву  рекой извилистой
За горизонт.
Глядит из щели своей илистой
Завистник гном.
Держа в руке своей мозолистой
От солнца зонт,
Гордится почвою подзолистой
Наш агроном.

Мелькнул под солнцем ёрш щетинистый,
Жуя траву,
И скрылся под корягой тинистой:
Мелькнул – и нет!
И, видя, как играешь в теннис ты,
Я уплыву,
И позади растает пенистый
Мой тонкий след.

06.11.2003 г.

С О Ж А Л Е Н И Е

     Был весенний яркий день,
Увертюра лета.
Ты держалась за плетень,
Солнышком одета.

Цвёл лопух, топтал петух
Курицу на грядке,
И роилась куча мух
В страшном беспорядке.

Ты стояла у плетня,
Улыбаясь миру,
А увидевши меня,
Спряталась в квартиру.

Сразу солнца свет потух.
Жизнь моя, житушка,
Почему я не петух,
А ты не несушка?..

96.05.2006 г.

О Т Е Ч Е С  К ОЕ

    Сто сорок три Алёши по России
Поразбрелись, со слов его жены.
– Когда же ты успел, – меня спросили, –
Наделать столько… Мы поражены…

В одной Москве – двенадцать их, внебрачных,
В Санкт-Петербурге бродит их пяток.
Таков итог романов неудачных?
Таков любвеобильности итог?

Один из них – Навальный Лёша, знаем.
Другой – Ягудин – тоже знаменит.
И двух из трёх Толстых припоминаем…
А вообще – Алёша… Что за вид?

Или подвид, каких, увы, немало.
И почему так многочислен он?
– Жена сама ему, любя, сказала:
Таких как ты – один на миллион!

Спешу исправить оговорку эту.
Алёшенька, родной мой, милый сын,
Таких, как ты, конечно, больше нету.
Таких, как ты – на свете – лишь один!

16.07.2013 г.

Б Л Е С Т Я Щ И Е     С Т И Х И

    На листьях камыша
Блестят росинок стразы.
Я радуюсь, пиша
Ритмические фразы.

Сверкают лопухи
В предутреннем тумане.
Слагаются стихи
О бане и самане.

Пою их по утрам,
С похмелья запевая,
Лечебный тиурам
Рассолом запивая,

И презирая зной.
А небо ранним утром
Сияет белизной
И блещет перламутром.

И яркий листогрыз –
Искрящееся чудо –
На веточке повис,
Как капля изумруда.

И всё вокруг горит,
Пылая гранью шлифов,
Как золотой горит
В кургане древних скифов.

Как бриллиантов блеск
Ривьеры-ожерелья,
Как этот мой бурлеск,
Написанный с похмелья.

21.95.2006 г.

Р А З О Ш Л И С Ь

Привет, подружка, как делишки?
Я про твою слыхала жизнь:
Была ж ты без ума от Мишки,
Так почему вы разошлись?

– А ты б смогла жить с человеком,
Который в пьяном виде зол,
И матерится хуже зека,
Когда по телеку футбол,

А выпивает ежедневно,
Или почти что каждый день,
Который выступает гневно,
И в пьяном виде туп, как пень,

И звезданул бесчеловечно,
Одним ударом сбивши с ног?
– Да нет, я б не смогла, конечно…
– Ну, вот, Наташ!.. И он не смог…

01.06.2006 г.

П Е Р Е Д О В И К

    На дóбыче угля себя прославил Чих,
По тыще тонн его рубая в сутки.
Тонн двадцать пять – всегда нарубим их,
А тыща тонн – уж это, брат, не шутки!

И стал везде новатор всех учить,
Готов со всеми опытом делиться.
Уж даже уголь некогда рубить,
А слава длится, длится, длится, длится…

А вот уж он под сводами Кремля
Предстал перед мохнатыми бровями
И снова стал стране давать угля,
Хотя теперь – хвалебными словами.

А Брежнев: «Молодец! Передовик!
Скажу, чтобы тебя представили к награде».
О, как богат прекрасный наш язык!
Передовик – вожак в бараньем стаде!..

03.06.2006 г.

 ПОСКАКАЛИ

                                                                 Стала милой и хорошей
                                                               Побелевшая земля,
                                                               Словно мягкий плат наброшен
                                                               На леса и на поля.

                                                                Чтобы этот плат украсить
                                                               Вдруг, откуда ни возьмись,
                                                               Разудалый заяц скачет,
                                                               Следом – лось и даже рысь.
                                                                       Владимир Семибратов

    По земле хорошей, милой
Бесшабашный скачет лось,
Развернул рога, как вилы –
Э-ге-гей!.. И понеслось…

А за ним лиса вприпрыжку
Обалдело скачет вслед…
Как бы мышку, как отрыжку,
Не утратила в обед!..

Следом скачет рысь галопом –
Разлюли-малина-рысь!
По полям, как по Европам,
И никто не скажет «брысь!»

Скачет заяц небезгрешный
На белеющем лугу,
Только заячьи орешки
Оставляет на снегу.

Проскакал медведь в берлогу,
Разудалый скачет крот.
Подогнув больную ногу,
Скачет вслед за ним енот.

И собака удалая,
Покидая конуру,
Вскачь несётся, громко лая,
Подражая кенгуру.

Скачет эта кавалькада –
Уж проскакана верста;
Кавалькаде этой надо
Шрифтом скрасить все места.

Я скачу за ними следом
И читаю, как с листа –
Пародистом-звероведом
Стал я, видно, неспроста.

И пока там Дмитрий Кедрин
Крестики ворон считал,
Семибратов, как мы педрим,
Тоже пародистом стал

И своим стихотвореньем
Заслужил «Мерси боку!».
Поздравляем с прибавленьем
В нашем скачущем полку!

05.08.2013 г.

И С П И С А Л С Я

……………………………Скачет ли свадьба в глуши потрясённого бора…
……………………………Снег освещённый летел вороному под ноги…
……………………………Грустные мысли наводит порывистый ветер…
…………………………………Николай Рубцов «Скачет ли свадьба…»

……………………………Скачет ли свадьба в глуши потрясённого бора…
……………………………Снег освещённый летел вороному под ноги…
……………………………Грустные мысли наводит порывистый ветер…
……………………………Плачет звезда, холодея над крышей сарая…
………………………………….Николай Рубцов «У размытой дороги…»

Плачет звезда, холодея, над крышей сарая.
Грустные мысли наводит порывистый ветер:
Коля Рубцов исписался, стихи повторяя,
Плачет звезда, отражаясь в дорожном кювете.

Скачет ли свадьба в глуши потрясённого бора,
Гонят ли зверя по полю лихие собаки,
Скоро читатель узнает подробности, скоро.
Плачет звезда, исчезая в предутреннем мраке.

Снег освещённый летел вороному под ноги,
Цокот копыт раздавался под сводами леса.
Коля Рубцов одиноко стоит у дороги
И вспоминает о юных проделках, повеса.

Плачет звезда, догорая на утреннем небе,
Плачет поэт, вспоминая прошедшие годы,
В мыслях о Вологде, в мыслях о крове и хлебе,
В мыслях о том, как сегодня не выйти из моды.

Гадкий редактор «ступеньки» считает за строчки,
Хочет Рубцова оставить голодным и сирым.
Где вы теперь, молодые лихие денёчки?
Плачет звезда, леденея над каверзным миром.

Сволочь-кондуктор в автобус не взял без билета.
Вот телогрейка… Купите, пока не протухла!…
Плачет над миром огромное сердце поэта.
Плачет звезда, догорая, сгорая…   Потухла…

18.07.2006 г.

М Ы С Л И    В С Л У Х

     Не грусти, мой друг, что пополнела,
Я так рад, что «это всё моё»,
Лишь бы никогда ты не болела,
Остальное – мелочь, ё — моё!

Я в твоей тени укроюсь летом,
Буду греться об тебя зимой,
Мысленно сочтя себя поэтом,
Посвящу стихи тебе одгой.

Никогда не говори «Одна я…»
Я с тобою мысленно навек,
И в твоих объятиях, родная,
В мыслях ночью сплю, как человек.

Будет дождик моросить однажды,
Я к тебе приеду зимовать
И, иссохнув от любовной жажды,
Предложу тебе: «Пойдём гулять!»

А когда на опустевшем пляже,
Спрятавшись от дождика под тент,
Мы с тобою вместе рядом ляжем,
Ты в сердцах прошепчешь: «Импотент!..»

И, по морде надавав грудями,
Запоёшь чуть слышно «Сулико»…
Лучше я пойду гулять с друзьями, –
С ними беззаботно и легко.

01.10.2006 г.

 О      К О М      П Е С Н Я ?

    «Десятилетний Степан…»
Запел Дассен красивым голосом,
Но по-французски кончил соло сам,
И я стою, как профан.

«Десятилетний Степан…»
Стою, как дуб в жару привянутый,
И кто он, этот вскользь помянутый,
Не понимаю, болван.

«Десятилетний Степан…»
А знать кто он не нужно разве нам?
Ведь может речь о детстве Разина,
Иль друга Хрюна, pendant!

26.09.2003 г.

Н О В Ы Й    Р У С С К И Й    В О Л К

    Волк Красной Шапочке сказать
Решился, подавив смущенье:
«Ты что предпочитаешь, мать,
Слиянье или поглощнье?»

11.10.2006 г.

Ф Л Е Г М А Т И К

    Сангвиник, меланхолик ли, флегматик,
Или холерик я, хотел узнать.
Достал немного книжек, стал читать их,
И стали дыбом волосы вставать.

Узнал я, что их вовсе не четыре.
Характеров – что мод у кутюрье,
И даже больше их в подлунном мире
Насчитывал социалист Фурье.

Всего восемьсот десять насчитал он
Взаимодействий нравов, черт, манер,
Привычек, складов… Дело лишь за малым –
Узнать дотошно, кто ты, например.

И я свой образ собирал из пазлов,
Как антрополог Михаил Лурье.
И у меня, флегматикам всем нáзло,
Семьсот шестнадцатый характер по Фурье!

26.07.2013 г.

 О Б Я З А Н Н О С Т Ь

     Быть рифмоплётом так легко –
Найди две-три удачных рифмы,
Допустим, рифму «Сулико»,
И, ну, к примеру, «логарифмы».

Быть стихотворцем посложней:
Здесь, всё-таки, и смысл нужен.
Поэзия? Речь не о ней,
Но не беда, коль ты с ней дружен.

А быть поэтом – благодать,
И с этим нужно примириться:
Поэтом невозможно стать –
Поэтом можно лишь родиться.

Твори, коль можешь ты творить
И временем в обрез не связан:
Поэтом можешь ты не быть,
Но стихотворцем быть обязан!

26.09.2003 г.

П О С В Е Т И Т Е !

     Дрябнет сено волглое в копнах на лугах,
Пробежала шустрая полевая мышь.
А вдали, за Волгою, в сонных берегах
Шелестит  без устали в заводях камыш.

Луг цветной сарпинкою виден из-за хат.
Зазвонили к всенощной. Трёх коров пастух
Гонит над тропинкою. Жиденький закат
Побледнел, как немощный и совсем потух.

Соловьиным бисером раскатилась трель,
Да на всю Рассеюшку, на святую Русь!
И пастух растрогался, и убрал свирель,
Дескать, не умею ж так – вот и не берусь.

Дескать, пусть поют они, чудо-соловьи.
Мне, мол, так не спеть, поди, – лучше помолчать.
А напрасно, надо бы песни петь свои.
Родился коровою – так изволь мычать!

На Руси Есениных – был всего один.
Надо же случиться – и его уж нет.
Пусть и не квазар ты, а гетеродин, –
Раз судьба лучиться – лей свой жидкий свет!

Пусть лишь у немногих ты будешь на слуху,
Пусть лишь одинокому светишь ты в пути, –
Посвети под ноги ты горе-пастуху,
Да и трём коровушкам тропку освети!

19.07.2013 г.

П О Ч Т И      М О Л И Т В А

    О,  Господь!  Ты справедлив,
Почему ж дал волю гневу,
Весь запал его излив
На Адама и на Еву?

О, Господь! Ведь ты велик,
Почему ж молчал, не смея
Обратить свой грозный лик
На виновника – на Змея?

О, Господь! Ты всемогущ,
Почему ж не выгнал гада
Вон из дивных райских кущ,
Не погнал его до ада?

О, Господь! Всеведущ ты,
Так зачем прогнал Адама
С вашей райской высоты,
Съела яблоко ведь дама?

О, Господь! Ведь ты всеблаг,
И всемилостив, и честен,
Но в раю твоём – бардак,
А ведь там он неуместен!

О, Господь! Коль ты не глуп,
Как помру я, зол и гадок,
Забери к себе мой труп –
Наведу в раю порядок!

28.10.2004 г.

*     *     *

    Холодное  утро. В полях уже пусто.
Не слышно ни песен, ни текстов про мать.
На овощебазах почти вся капуста,
И самое время картошку копать.

Туманное небо и меленький дождик,
И шлёпают клубни в размокшую грязь.
Беритесь за вилы, известный художник!
Хватайтесь за грабли, потомственный князь!

А где-то далёко проносятся кони…
Пора и в свинарник, навоз убирать.
Ну что, господа, привыкаете к вони?
А может на рынок – свеклой торговать?

А ветер гоняет опавшие листья,
И снова на завтрак компот и лапша.
Зачем мы вернулись, поручик Голицын?
Уж лучше таксистом в каких-нибудь США!..

23.03 2004 г.

М О Ж Е Т  ,   Д О Б А В И Т …

     Родителей, здоровье, зубы, разум
Теряет человек в конце пути,
Приобретя врагов, склероз, маразм,
Чтоб не было нам жаль ТУДА идти.

Но, ежели ещё не всё допето,
А не допито, если ты – поэт,
Господь не фраер, он заметит это,
Прибавит к сроку пару-тройку лет!

23.03.2004 г.

Т У Д А

    Там  едят марципаны, пьют мокко,
Умеревшие бродят стадами –
Дивный сад, а душе одиноко:
Ад далёко…  Но не за горами!

30.03.2004 г.

Я     Б …

    В партию Лимонова экспрессом
Я б вступил по наущенью свыше:
Я б Чубайса облил майонезом,
И из партии тотчас бы вышел!

20.05.2004 г.

*     *     *

……………………………………………..…Жук ел траву, жука клевала птица
………………………………………………Хорёк пил мозг из птичьей головы,
………………………………………………И страхом перекошенные лица
………………………………………………Ночных существ смотрели из травы. ………………………………………………………..Н.Заболоцкий. «Лодейников»

Жук  съел червя, жука склевала птица,
Хорёк у птицы жадно мозги пьёт,
Хорька задрала рыжая лисица,
А ту сожрал прожорливый койот.

Но нет конца смертельной круговерти:
Койота съел медведь. И поделом!
Но он не знал, что опахало смерти
Взмахнуло и над ним своим крылом.

Медведь койота съел, а с ним его микробы,
И заболел. И сдох? Конечно, да!
И, медвежатиной набив свои утробы,
Микробы разбежались кто куда.

Микробов ел червяк, того – синица,
Синицу съест лиса, или койот,
И всё опять, как прежде повторится,
Правда, медведь будет другой, не тот…

06.04.2004 г.

*     *     *

    В  яблоках  нашли недавно золото.
Раньше лишь железо находили.
Новостью общественность расколота,
Новостью газеты запестрили…

Или запестрели?.. Ну, не важно,
Главное – сохранность драгметалла.
На защиту яблонь вмиг отважно
Половина общества восстала.

А другая половина стелется,
Яблоки воруя, как и прежде,
И в подвалы прячет яблок тельца,
На колечко накопить в надежде.

Ишь, ворюги – не боятся Бога,
Слышат золотистых яблок звон!
На колечко нужно их немного:
Сорок восемь тысяч двести тонн.

16.04.2004 г.

Т А Н К А

     Движусь  по пляжу.
Девы – вроде муляжу.
В тонкости влажу –
На ком нет макияжу,
У той я и приляжу!

21.04.2004 г.

Н О С Т А Л Ь Г И Я

    Мне порой вспоминается юность далёкая:
Мы сидели с тобой на коротенькой лавочке,
И светилась над нами звезда одинокая –
На небесной копирке уколом булавочки.

А кругом всё ходили завистливо парочки
«А когда наша очередь?» – думали, думаю.
А дыханье мешалось и туманил нам пар очки,
И туманом на миг закрывал ту звезду мою…

А потом мы прощались с тобою у лестницы,
А ступени у лестницы длинные-длинные…
Наверху орал кот серенаду прелестнице,
А внизу я шептал тебе речи невинные.

Где теперь ты живёшь, моя юность далёкая?
С кем в аптеку хромаешь, опираясь о палочку?
Вспоминаешь хоть изредка ту звезду одинокую,
И ту длинную лестницу, и короткую лавочку?

22.04 2004 г.

Б А Х .   С Т Р А С Т И      П О       И О А Н Н У

    Орган, как многоствольный орган,
Как многопушечный онагр,
Нагромоздил, как Томас Морган,
Над хромосомой сонм  виагр.

Организуя дух оргазма,
Он органичен, будто дуб,
Многообразен, словно плазма,
Но ограничен телом труб.

Его чарующие звуки –
Как кокаинова печать,
И только Баховые руки
И ноги могут так звучать!

Рокочет бас и свистом фистул
Ревёт могучий ураган:
Неистов и многорегистров
Звучит на кафедре орган,

И весь в его волшебной власти,
Маэстро, гений, хулиган,
Струит по Иоанну страсти
Почти что тёзка – Иоганн.

05.04.2004 г.

В Е Ч Е Р Н И Й     З В О Н

Томасу Муру,
Ивану Козлову,
Афанасию Фету.

     Вечерний  звон, столичный шум,
Как много он наводит дум!
Унылый сон… Конец мольбам –
Прощай, Кобзон! На БАМ! На БАМ!

Он вспомнил дом, счастливых там,
Ручаюсь в том, не встретив дам.
Там слышал он лишь рельсов звон,
Там тихий сон умчался вон.

В краю родном он был любим,
Мы об одном мечтали с ним,
И весь наш дом стоял вверх дном,
Жил бодуном и ходуном.

Вернулся сам к родным гробам,
Сибирякам оставив БАМ.
Сказал он там «прощай» столбам,
Пурге, кустам, тайге, грибам.

Вернулся он на улиц шум,
В свой отчий дом, где ЦУМ, где ГУМ,
С распухшим лбом, где детский гам,
Зато не хром,– покой ногам.

Уж петь певцам теперь другим
Своим отцам таёжный гимн,
Зато в альбом напишет он
С твоим гербом «Вечерний звон».

06.06.2004 г.

ГУМНО

    На каком-то  вернисаже
Выставлялось полотно.
Где, когда, – не помню даже,
Только помню, что давно.

.jpg - Стихотворения

Ведали искусствоведы:
«Полотно назвав «Гумно»,
А не, скажем, «Вкус победы»,
Автор поступил умно.

Кто ж художник? Если даже
Это кто-то из «митьков»,
Неудобно в эпатаже
Заподозрить стариков.

Плавная текучесть линий,
Напряжённый колорит,
А небесный цвет – не синий,
Но, представь себе, – горит!»

Посетители гадали:
«Пикассо? Дали? Миро?»
Рядом авторы стояли,
Улыбаяся хитро.

Только маленький мальчонка,
Посмотревши на «Гумно»,
Плюнул и воскликнул звонко:
«Не калтина, а гамно!..»

08.04.2006 г.

*    *    *

    Майский  жук в окно с размаху прянул.
Ночь пришла на мягких чёрных лапах.
Белая сирень запахла пряно –
Как любила мама этот запах!

Скоро мы увидимся, родная,
Белого сиреневого цвета
Я тебе полрая наломаю,
Даже если после в ад за это…

22.04.2004 г.

В Е Ч Е Р

    Музыка  тихая льётся в раскрытые окна –
Слушаю звуки романсов давно позабытых.
Небо вечернее розово, только волокна
Тучек на западе цвета чернил разлитых.

Гаснут закатные краски, музыка тише,
Пахнет акация белая – чудо такое!
Голос Неждановой нежный почти не слышен.
Тихо, прохладно, просторно – счастье покоя!..

Вдруг заорал Сосо жеребцом зовущим:
Бум! Бум! Бум! Бум!.. запустить в него нечем.
Прямо под окнами встал «мерседес» орущий.
Чтоб ты пропал, паразит, – изгадил вечер.

27.04.2004 г.

И З      Ч У В С Т В А      Д О Л Г А

   Жил  в нашем доме старикашка
По кличке Колька.
Ни с кем он не дружил, бедняжка,
С собакой только.

Ей приносил и клал у бака
Свои объедки,
И стали Колькой звать собаку
Его соседки.

Дед старый был и сердце биться
Давно устало.
И, – что должно было случиться, –
Его не стало.

Его свезли. Тут рядом было.
Никто не плакал.
И только долго, долго выла
Его собака.

Ходила Колька на могилу
Довольно долго:
Пришла… Понюхала… Повыла…
Из чувства долга.

.0088 - Стихотворения

28.04.2004 г.

Н О В О Е      В      М Е Д И Ц И Н Е

   Лечусь  лимонной кислотою
На кончике ножа. А ты
Всё соду пьёшь, творец застоя?
Смотри, придёт тебе кранты!

Вся эта меленькая сволочь:
Грибки, бактерии, глисты –
Ужасно обожает щёлочь
И не выносит кислоты.

Возможно и не панацея
Моё изобретенье, но
Вот что  скажу тебе в конце я –
Я не болел уже давно.

Не бегаю я по больницам
Микстуры все – не для меня.
Без них могу я обходиться
Давно. Уже четыре дня!

08.05.2004 г.

*     *     *

    Хрустнула  ваза хрустальная.
Дребезги брызнули вдрызг.
Хлынула влага кристальная
Облаком бисерных брызг.

Тонкими звонкими льдинками
Рюмки звенели. Текло.
Спутанными паутинками
Трещин покрылось стекло.

Грустная, даже печальная
Влага закапала вниз:
Хрустнула ваза хрустальная.
Плакал богемский сервиз.

12.05.2004 г.

*     *     *

    Всё! Отгремели бои!
Где вы, друзья мои, братья,
Однополчане мои?
Долго ещё буду звать я

Вас лишь в кошмарах ночных, –
Душные, пьяные бреды, –
Горькой настойкой залив
Радость великой Победы.

Крикну, уставший от битв,
Смерти избегший объятий:
«Кончилось время молитв,
Началось время проклятий!»

Тускло блеснут в полутьме
Орден, четыре медали…
А Игорьку, старшине,
Ордена так и не дали.

Он обернулся на миг:
«Эй, догоняйте, ребятки!» –
И на колени поник
С дыркой у левой лопатки.

Будь же ты проклят, комбат,
Что отвечал заторможенно,
Часто срываясь на мат:
«В спину убит – не положено!..»

12.05.2004 г.

П Р И З Н А Н И Е

    К женским  талантам почтение полное,
Но не любовь у меня, к сожалению.
Я их ценю, уважая их пол, но я
Часто, увы, отдаю предпочтение
Винам, игре и стихам.

Может быть, нонсенс сейчас оглаголю я,
Может быть, вздорную чушь оглашаю я,
Но не люблю я актрису Глаголеву,
И не люблю поэтессу Цветаеву.
Видимо, просто хам!

16.05.2004 г.

В О П Р О С  –   О Т В Е Т

     Сталина  спросил раз Троцкий Лёва:
«Что нам делать в смысле Гумилёва?» –
«Запретить, – ответил Сталин, – ясно?
Он талантлив, что вдвойне опасно!»

«Как тут запретишь – двадцатый год!
Ну, а как возьмёт да удерёт?»
«Как? – ответил Сталин, – шалунишка!
Ледорубом по башке – и крышка!»

18.05.2004 г.

ВОЖДЕЛЕНИЕ

    Раз  Иван Семёнович Козловский,
На приёме будучи в Кремле,
Так сказал, подняв бокал «Московской»:
«Хочется поездить по Земле!

Никогда я не был за границей.
Весь «Большой» во Франции – гастроль.
Я ж не видел ни Ривьер, ни Ниццы,
Хоть в «Борисе» у меня есть роль…»

И перед вождём слегка согнулся:
«Отпустите посмотреть Париж!»
Сталин хитровато улыбнулся
И спросил: «А ты не убежишь?»

«Как могли подумать вы такое,
дорогой товарищ Сталин?! Нет!
Для меня село моё родное
Всех дороже заграниц!..»  В ответ

Сталин закивал: «Скажу одно я:
Правильно ты мыслишь! Молодец!
Вот и поезжай… в село родное,
Отдохнёшь от опер, наконец!..»

29.05.2006 г.

*     *     *

   Небо  цвета духа бестелесного –
Результат недавних пыльных бурь,
В климате явления известного,
Словно там, у Грабаря Небесного,
Кончилась берлинская лазурь.

В вышине, с туманом перемешанной,
Пролетит протяжный птичий клин.
Ты мне скажешь на прощанье «Бешеный!»
И, осенним саваном завешенный,
Я останусь на земле один.

Всё пройдёт, пройдёт и осень мрачная,
И провоет долгая зима,
И настанет снова новобрачная
Ледоходно-прилетело-грачная
Яркая весенняя пора.

Будут петь по-прежнему кузнечики,
Будет солнце жарко, как всегда,
Будут сохнуть на заборах глечики,
Но твои озябнувшие плечики
Не согрею больше никогда.

И другая, зажигалкой газовой
Чиркнув спросит: «Ну так что, мужик,
Женишься?» – на что отвечу сразу я:
«Что ты, детка, я ведь одноразовый,
Как и твой хромированный Бик!»

08.06.2004 г.

*     *     *

    О, как  мне хочется порою
Побыть белужьею икрою,
Чтобы услышать «дорогой»,

Зальясь пивком безалкогольным,
Иль поскакать мячом футбольным
Под Марадоновой ногой.

Или побыть борщом по-флотски,
Затем лишь, чтобы Заболоцкий,
Меня откушав, описал,

Или прикладом от винтовки,
Чтобы Светлов в своей «Каховке»
Со мной к Варшаве почесал.

О, как мне хочется порою,
Я от читателя не скрою,
Сказать «о, как!», как Ларин, мент.

Подобно этому герою –
А вдруг я что-нибудь нарою? –
Хочу начать эксперимент.

Хочу окакнуть, обнаружа
Остылый труп за домом в луже,
А может быть, и тёплый труп.

Шучу! Хочу я, как известно,
Нарыть всего лишь перл чудесный
В сухих буртах словесных круп!

О, как мне хочется порою,
Особенно, увы, ночною,
Не встретить сукиного сына.

Ведь я пугаюсь, как овца,
Как мусульманин голубца –
А вдруг внутри него свинина?

Ведь я фигурой не Дукалис,
А чтоб меня враги боялись –
Пугаю мордою лица!

Имею я худое тулово,
Фигурой – даже не Абдулова…
Эх, мне бы бицепсы борца!

О, как мне хочется порою –
Уж ладно, я секрет открою –
Ментам российским подражать,

Девиц  в  компаниях приличных,
Провинциальных и столичных
Своей смекалкой поражать.

И на бомондовых тусовках,
И на трамвайных остановках,
И в зоопарке, средь макак

Хотел бы я невозмутимо,
По-ларински шагая мимо,
Сказать с усмешкою: «О, как!»

01.04.2004 г.

Л Ё Г К А Я     С М Е Р Т Ь

    Бежал  таракан одинокий во мраке.
Мне так его жалко – до слёз!
Хотел он покушать, а в мусорном баке
Его поджидал дихлофос.

Едва таракан с дихлофосом сравнялся,
Тот запахом óбдал его.
Почуяв амбре, таракан закачался,
Его замутило всего.

Откинув кубышку, он умер не сразу –
Собрав свою волю в кулак,
Сказал напоследок крылатую фразу:
«Легко подыхать натощак!»

15.06.2004 г.

БАБОЧКЕ

    Ты, родившись  червяком,
Ползая, а не летая,
Нынче стала мотыльком,
Горького опровергая.

Поцелуй даря цветам –
(Предпосылка урожая) –
Ты порхаешь тут и там,
Красотою поражая.

на розе.  - Стихотворения

Красота – редчайший дар,
В этом смысле боги строги,
Ведь недаром пьют нектар
Только бабочки и боги!

07.04.2006 г.

Я     В Н О В Ь …

   Я  вновь  в руках твоих, стихия
Евтерпина. Терпя упрёки,
Я вновь и вновь рифмую строки –
Пытаюсь написать стихи я.

Я строгий критик и в ближайшей
Пивной, на радость местным дивам,
Я вновь стихи свои за пивом
Подвергну критике строжайшей.

Отдам жене листочков стопку –
Плоды последней неудачи –
Я вновь на пригородной даче,
На самоварную растопку.

А вечерком, пройдясь по пабам
И зыркая вокруг очами,
Я вновь услышу за плечами:
«С такою рожей – и по бабам!..»

И, коль стихов дурацких пара
Моих вам встретится в печати,
Я вновь скажу – жена опять их
Уберегла от самовара.

29.06.2004 г.

*     *     *

    Всего , что надо – не успеть воспеть,
А, может быть, и воспевать не надо:
За веянием времени поспеть
Не каждый может искренностью взгляда?

И многое, забывшись, пропадёт,
Останется у зрения вне поля,
На «жёлтое пятно» не попадёт,
А попадёт на пятнышко «слепое».

Но много хуже, если воспевал
Ты конъюнктурно то, что недостойно.
Поющий мой, во что же ты попал,
Хоть и благопристойно, но застойно?

Каким регистром, изгибая стан,
Ты Ленина и Сталина богами
Воспел, наш дорогой Эль-Регистан,
Во что ты влип обеими ногами?

30.06.2004 г.

О  ,  В Е С Н А !

    О, весна, ты как школьная парта –
Безыскусственна и проста,
А зима без холодного марта,
Словно ящерица без хвоста.

О, весна без конца и начала,
Без конца за окошком дожди.
Сгнила репа и люффа-мочало,
И картошка сгниёт, подожди.

О, весна! Я тебя обожаю,
Уважаю, ценю и люблю,
Но, как видно, конец урожаю
И укропа пучку по рублю!

30.06.2004 г.

О Б И Д А

    Высоким  званием поэта
Моя работа не согрета –
На суд людей несу

Я не любви безмерной счастье,
Не с подвигами сопричастье,
Не пение Алсу.

Ведь надо ж и про бородавки,
Подмышки, и в трамваях давки,
И волоски в носу.

А как хотелось бы про осень,
Про листопад, и неба просинь,
Про речку Бирюсу…

Зато какая речь живая
Течёт, порою воспевая
Паштет и колбасу!

Но, бог не дал души поэта,
А как обижен я на это –
В могилу унесу.

02.07.2004 г.

И Д И Л Л И Я

……………………………………………………………Сучок преломленный
……………………………………………………………За платье задел;
……………………………………………………………Пастух удивленный
……………………………………………………………Всю прелесть узрел.  …………………………………………………………………..А.С.Пушкин «Вишня»

     Румяной  зарёю покрылся восток,
Вдали за рекою погас огонёк.
В дубовую рощу селянки пошли.
Там гнёздышко птички на дубе нашли.

Подружки пастушке кричали: «Не лазь!»
Пастушка, не слыша, на дуб забралась.
Сучок надломлённый за платье задел.
Пастух удивленный всю прелесть узрел.

Я к дубу бежал – всё навстречу неслось,
Но прелесть увидеть мне не удалось –
Пастух предо мною внезапно возник,
А рядом стоял преогромнейший бык…

22.07.2004 г.

П О З Д Н Я Я       Л Ю Б О В Ь

     Поглядев очами вожделенными
На фигуру стройную твою,
О любви словами непременными
Стал я петь, подобно соловью.

Я слезами заливался модными,
Когда ты ответила мне «нет»,
И глазами посмотрел голодными
На тобой подаренный портрет.

Время шло, и так уж всё устроено:
Постарев, ты мне сказала «да»,
Но была ты массою утроена,
Я же с тела спал, как никогда.

Я навёл свои глазные впадины
На твою объёмистую гладь,
И слезинки, крупные, как градины,
Покатились из меня опять.

Ты ж, глазами сделав пару высверков
На меня, зелёного, как бакс,
Быстренько, как маленького, высморкав,
Понесла одной рукою в ЗАГС.

09.02.2005 г.

С Т Р А Д А Н И Я     С Ч Е Т О В О Д А

     Тридцать  три процента девок местных
Были в меня пылко влюблены.
Я встречал сиянье глаз прелестных,
В Масленицу спевши про блины.

Стал я завсегдатаем попевок, –
На деревни голоса в чести, –
И процент влюблённых в меня девок
Вырос до шестидести шести.

Я не мог довольствоваться малым, –
Караоке с премии купил
И, серьёзно занявшись вокалом,
Всех девчат в деревне покорил.

Я влюблён во всех подружек сразу –
Все они безумно хороши
И для многоопытного глазу,
И для исстрадавшийся души.

Мне пора жениться. Я не знаю
Что мне делать, – я люблю всех их,
И который месяц выбираю
Я из всех одну. Из всех троих.

13.02.2005 г.

Д Е Л Ь Ф И Н

(Навеяно «Ледовой книгой» Юхана Смуула)

    Ни облачка на небе тёмно-синем.
Скользят над морем низко альбатросы.
Следя за быстрым плавничком дельфиньим,
Стоят на палубе свободные матросы.

А море было тихо и не бурно,
Уходит вдаль лишь пенный след – кильватер.
Наперерез шёл танкер из Мельбурна,
Волной пересекая наш фарватер.

Вот взмыл дельфин опять перед бушпритом
Торпедой чёрной, иль летучей рыбой,
А сзади неотвязно, деловито
Корабль пёр тысячетонной глыбой.

Вдали плывёт, сверкая, айсберг белый,
И солнце с Севера теплом ласкает лица.
Они добры, светлы и загорелы,
И радостны – корабль на Север мчится!

На палубе уже вторая смена.
А где ж дельфин? И никому нет дела,
Что за кормой кильватерная пена
Всего на миг слегка порозовела…

13.07.2009 г.

*      *      *

     Где-то  мявчет иволга, как голодный кот.
За лабазом таволга расцветёт вот-вот.
Тиной и лягушками пруд кишит кишмя.
Ты с двумя подружками смотришь на меня.

Девушки сметливые – их простыл и след.
Мы с тобой счастливые, вместе, тэт-а-тэт.
А когда под ласкою сброшу шёлк фаты,
Скажешь мне с опаскою: «Да пошёл бы ты!

Знаю вас, насильников, мартовских котов.
Благо – век мобильников. Вызову ментов –
Мало не покажется, как составят акт.
Хватит уж куражиться над невестой, факт!

Хватит нас поэтам уж мять в ночных кустах!
Пишет пусть об этом муж, не жених в стихах!
Хочется молоденькой? Мой тебе совет, –
Действуй-ка, Володенька, через сельсовет!

Женишься – на радости мни мой нежный цвет,
А пока что гадости не позволю, нет!..»
Месяц серпик дужкою выгнул на межу.
Я с твоей подружкою в таволге лежу.

Девка круглолицая, глазки – как цветы,
И она милицией не нудит, как ты.
Песенка неспетая, только скажет «Ах!»
Завтра же всё это я опишу в стихах!

04.03.2005 г.

…………………………………..А где-то возле Сицилии притаился зловещий
…………………..остров Цирцеи, опасной волшебницы… Своими чарами
…………………..она превратила спутников Одиссея в свиней…
……………………………………………..Сергей Наровчатов. «Забытый мир»

   П О Я С Н Е Н И Е

    Мужики, домой возвращаясь,
Коли хочется бабьей ласки,
Начинают им, не смущаясь,
Небылицы травить и сказки.

Про циклопов – безглаз уже старый!
Про сирен, от которых балдели.
Про Цирцеи волшебные чары…
А как было на самом деле?

Аргонавты, шатаясь бражкой,
В кабаке как-то раз оказались.
Там Цирцея поила их бражкой –
До свинячьего визга нажрались!

Когда долго бродишь по свету,
Пить охота, коль день был жаркий.
Ничего тут волшебного нету, –
Чары – это большие чарки!

26.10.2010 г.

*     *     *

..………………………………………………Тёплый декабрьский снег,
………………………………………………..Нервная дрожь…
………………………………………………..Какие тёплые снега
………………………………………………..На ощупь!..
………………………………………………..Поэзия – что психотерапия…
………………………………………………..Эдуард Холодный. Из сборника
………………………………………………………….«Тайное единство»

Талантливый, хотя не очень модный,
Поэт гипнотизирует народ:
«Снег тёплый» – пишет Эдуард Холодный.
Не верьте, люди, всё наоборот!

04.03.2011 г.

В О Л Ь Н О Л Ю Б

     Я  отпираю дверцу клетки:
«Лети на волю, милый чиж!
Летай, или сиди на ветке.
Ну, что ж ты, право, не летишь?

Взмахни крылом в сияньи неба –
Свобода сладостней, чем плен,
Хотя – там нету крошек хлеба…»
И чиж не упорхнул с колен…

24.05.2011 г.

 К О С М О Н А В Т

    Друзья, однажды, в предвечерний час,
В День космонавтики позвали нас на дачу.
Там «Шерри бренди» угощали нас,
А после русской водкою в придачу.

И, с ощущеньем лёгкой тошноты,
Так как, наверно, перебрал я малость,
Я вышел в мир один, поскольку ты
Со мной идти в тот вечер отказалась.

Я шёл в ночной космической пыли
В каком-то лёгком, невесомом трансе,
И чувствовал вращение Земли,
И бег её стремительный в пространстве.

И сумрак Космоса приятно холодил
Грудь без скафандра и лицо без шлема,
И я всё дальше в Вечность уходил,
Как те герои Станислава Лема.

Потом внезапно в плотные слои
Вошёл с обратным ускореньем восемь «же» я.
Очнулся – надо мной глаза твои,
И на родной Земле лежу уже я…

03.10.2011 г.

Н А П Е Р С Н И К

    Друзей не продают друзья,
Но можно их купить однажды.
Так сделала недавно я,
И это может сделать каждый.

Теперь мы вместе, он и я,
Бываем днями неразлучны,
Хотя мы вовсе не семья,
Но друг для друга мы не скучны.

Я не невеста, не жена,
И мне известно чувство такта,
Но грудь моя обнажена
В предчувствьи близкого контакта.

Коснётся он моей груди,
Лишь он один, один счастливчик.
Я не скажу ему «уйди» –
Он друг, наперсник, то ость, лифчик.

116.01.2012 г.

Н Е В Е З Е Н Ь Е

     У  судьбы безжалостное жало,
И с судьбой бороться нелегко:
У меня вчера жена сбежала,
А сегодня хуже – молоко…

И не знаю, что ещё судьба сулит,
И не мыслю, как всё обернётся –
Может, схватит, вдруг, радикулит,
Или хуже – вдруг жена вернётся…

22.03.2013 г.

*      *      *

    За окошком  нету темени –
Бобик воет на луну…
Хорошо, что я до времени
Не уехал на войну!

Взял бы я винтовку меткую,
К ней патронов двадцать пять,
Замаскировался б веткою,
И по гадам стал стрелять.

Что ни выстрел по проклятому –
Прямо в сердце, сразу чтоб!
Наконец, я двадцать пятому
Залепил бы прямо в лоб!

И ряды врага истóнчатся –
Четверть сотни за полдня!..
А когда патроны кончатся,
То они пришьют меня…

…Шестьдесят годков мелькающее
Пролетит – и я пойму:
Хорошо, что я тогда ещё
Не уехал на войну!

20.03.2005 г.

*      *      *

     Один  художник рисовал
Свою картину двадцать лет.
Я пригляделся  и нашёл
На ней изъяны и пороки.
Другой художник избежал
Пороков – недостатков нет,
А главное, что он ушёл
От долгих ужасов мороки.

У первого сюжет не нов,
Как, впрочем, стар и весь наш мир.
Другой нас просто поразил
Супрематическим квадратом
Один из них был Иванов,
Другой – Малевич Казимир.
Он так весь мир изобразил,
Абстрактно – подлинный новатор!

Но вот забавный парадокс :
Я все изъяны ясно вижу
На пресловутом полотне,
То бишь «Явление мессии».
Хоть я совсем не ортодокс,
Но Иванов мне как-то ближе,
И, думаю, не только мне,
А большинству людей России.

Мне кажется, за свой квадрат,
Что сделан просто безупречно
Малевичу не избежать
Расплаты – не рублём, не водкой –
Пойдёт художник прямо в ад,
Чтобы поджариваться вечно,
Но будут черти ублажать
Его квадратной сковородкой!

10.03.2005 г.

МНОГОЦВЕТНЫЙ   ПРЯМОУГОЛЬНИК

    Потряс  первоосновы мира
Супрематизм Казимира.
От зависти я сохнуть стал,
Пока палитру не достал.

Но, вместо чёрного квадрата,
(Его палитра слабовата),
Я создал, приняв двести граммов,
Один из параллелограммов.

клетка 1 - Стихотворения

И мой шедевр ничуть не хуже,
И не квадрат, – чуть-чуть поуже,
Хоть я немного эпигон :
Весь из квадратов соткан он.

А главное в чём я новатор,
А не бездушный плагиатор, –
Чтоб избежать музейной драмы,
Шедевр мой не лишён и рамы.

Хотел бы я квадраты эти
Презентовать Елизавете, –
Пускай оценит королева,
В особенности третий слева.

И за его прекрасный вид
Пускай меня усыновит.
Я буду зваться «королевич»…
Теперь пусть сохнет сам Малевич!

05.04.2006 г.

ТЯГА   К   ЗНАНИЮ

    Знанье – это сила,
Это всем известно.
Что секрет – могила
Знают повсеместно.

Многое навеки
Скрыто от народа,
Тайной  в  человеке
Сделала природа.

Стать сильней хочу я
Мышленьем мышлéнья,
Тайну вдруг почуя
В ходе размышленья.

Я бы жизни пробной
Отдал все остатки,
Да и пол-загробной
За отгад загадки.

Но не факт наличья
Рая или ада
Мне до неприличья
Разузнать бы надо.

Есть ли жизнь на Марсе –
Не моя проблема,
Пусть волнует в фарсе
Брэдбери и Лема.

Где конец вселенной,
Как лечить от СПИДа –
Знать мне непременно
Нужно лишь для вида.

А на самом деле
Вовсе и не это
Держит на пределе,
Мучает поэта.

Но нужны не слухи,
Сплетни и догадки,
Домыслы старухи,
Как на них ни падки

Разные поэты,
Пишущие фразы,
Мифы и сонеты.
Мне нужны не сказы,

Не гипотез строки,
Не предположенья,
Пусть они и строги
До изнеможенья.

Я хочу школярски
Знать, как мама папу, –
Почему Боярский
Не снимает шляпу?!

03.04.2005 г.

О   СЕНСАЦИИ

    Множество  сенсаций
Делает наука
Методом локаций
Дозой ультразвука.

Триста три берлоги –
Много для науки:
Заболели ноги,
Задубели руки, –

Метод очень строгий.
Всё же, оказалось –
Ни в одной берлоге
Лапа не сосалась!

01.04.2005 г.

О   СПЕЛЛЕРЕ

     Приобщиться  к мировой культуре
Захотелось мне на склоне лет,
Капнув в океан литературы
Свой неподражаемый куплет.

Но бывает – дождь идёт в пустыне,
Капли быстро сохнут на ветру,
И земля нагретая не стынет,
И напрасен туч дождливый труд.

Жизнь моя сегодня драматична,
Как российский нынешний футбол –
Стал я ошибаться грамматично:
Мне склероз забил свой сотый гол.

Стало жить нервозно и склерозно,
Как грибу сухому средь кустов.
Но не так всё в мире одиозно,
Как в футбольном клубе СКА Ростов.

Я купил компьютер прошлым летом, –
Сам не сдюжил, мне помог мой друг.
Капаю теперь своим куплетом
С помощью не головы, а рук.

И, елозя по клавиатуре
Пальцами сарделек, старый гриб,
Я от спеллера тащусь, в натуре,
Он меня ни разу не ошиб!

06.04.2005 г.

О     Р Е М О Н Т Е

    В доме нужен ремонт  – засорилась совсем батарея,
Пожелтели обои, тонкой струйкой сочится вода.
Я лежу на диване, читая и тихо старея,
Сам себе задавая вопрос: «А когда же ТУДА?»

До ремонта никак не доходят отвыкшие руки.
Было много потерь по моей, большей частью, вине.
Без меня вырос сын, подрастают без дедушки внуки,
Но, утраты свои как рубцов не топлю я в вине.

Мне осталось немало – остались свобода и книги.
Я читаю Рубцова. Как любил он родную Тотьму!
Пролетают, как МИГи, надо мной быстролётные миги,
Приближая навек навсегда беспросветную тьму.

А когда, не спеша, дочитаю последнюю книгу,
Окажусь в эмпиреях, где нет слесарей ЖКХ,
И оттуда, смеясь, покажу своим недругам фигу.
– Догоняйте! – скажу. – Чем быстрее, тем лучше! Ха-ха!

19.03.2004 г.

*      *      *

     В погребе моём темно.
Много там мышей и крыс.
Всё съестное съев давно,
Уж за кошек принялись.

Ладно бы одних котят –
Меньше самому топить,
Но, они уже хотят
Кровушки моей попить.

Плинтусы извне грызут.
Ночью всё вокруг хрустит.
Скоро нам придёт капут:
Матушка – и та грустит.

В садике поели всё.
Скоро доедят собак.
Матушка воды несёт –
Наносила полный бак.

Мышки промелькнула тень.
Запах, как топор висит.
Завтра хлопотливый день –
Буду разводить крысид.

16.03.2004 г.

*      *      *

    Волны  творческого зуда
Так меня и подмывают,
Но, не ясно мне – откуда
Взять сюжетную канву?

Я дошёл уже до точки,
А стихи не возникают –
Напишу четыре строчки
И сейчас же их порву:

Это я читал у Федра,
Это у Петруся Бровки,
А об этом в драме «Федра»
Написал сам Жан Расин.

Видно, что давно я не был
В творческой командировке, –
И я быстренько за хлебом
Устремился в магазин.

11.04 2005 г.

*     *     *

…………………………………………А запахов намешано вокруг!
…………………………………………Сирень цветёт, Ульяна рыбу жарит,
…………………………………………Выкусывает блох голодный Шарик
…………………………………………И на дверях уборной сорван крюк.
…………………………………………Вдали сарай, где возится хавронья
…………………………………………И прочие клубятся благовонья.          ………………………………………………………....Леонард Лавлинский

    Гуляют  Миша, Вова, Шурик, Марик
Лексюнин, Ищенко, Миганаджиев, Вул.
И, выкусив всех блох, наелся Шарик.
Вдруг к ним с «Мурчалки» запах потянул.
Да, до войны фонтаном был «Мурчалка»,
А с сорок первого – всего лишь свалка.
И Шарик, вздрогнув, вновь проголодался,
И люд попрятался в коробочки домов.
Противогаз купить не догадался?
Тогда дыши амбре и будь здоров.
Ульяна рыбу жарит, пахнет сорник,
Дворовый нужник чистит золотарь,
Собачий кал так и не вымел дворник.
Вот пьяного стошнило под фонарь.
Пахнул сосед немытыми ногами,
В зелёной бочке пахнет керосин,
И пахнет далеко не пирогами.
Сосед свинью в сарайчик поместил –
Огромную вонючую хавронью.
Помёт свиньи – не гималайский нард.
Да, надо б вам, Лавлинский Леонард,
Нахичевань назвать Нахичевонью!

08.02.2002 г.

*     *     *

……………………………………………………..Не пыли, полынь густая,
……………………………………………………..Горькой горечью не вей…

……………………………………………………..Не петляй, дорога, круто,
……………………………………………………..Над тесниной не теснись…

……………………………………………………………………..Николай Зусик

Ананас  нас наслаждает
Сочной сочностью своей.
В бане квас вас восхищает
Кислой кислостью. Налей!

Флексия сия сияет
Яркой яркостью огней,
Зусик усик усекает,
Бреясь бритвой «Брадобрей».

08.02.2002 г.

ВЕСЕННИЕ   ГОЛОСА

     За  окном  жердёлки расцвели опять:
В белой пене ветки, а листочков нет.
Зажужжали пчёлки, стали опылять,
И кричит соседке «Выходи!..» сосед.

Вновь мычит корова, вспрянув ото сна,
Тёплый ветер мая дует прямо в глаз.
Ты настала снова, дивная весна,
Шестьдесят седьмая ты на этот раз!

Ласковое солнце стало припекать.
За стеной шумиха – пылесос завыл.
В полдень за оконцем было двадцать пять.
Что такое «тихо» – я давно забыл…

Снова пыль клубится и кусты дрожат.
Вновь на крыше кошка, и орут коты.
Хочется напиться, только жаль деньжат.
Подожди немножко, заорёшь и ты.

Я, дойдя до точки, сам заголосил,
И, услышав это, сжалился сам бог:
Мне бессмертье строчки, хоть я не просил,
Пятого куплета сочинить помог!

14.04.2005 г.

*     *     *

     На душе так муторно и нудно.
Спит земля в сиянье цвета «г».
Как ни странно, мне совсем не трудно,
Только злит водянка на ноге.

Выжожу один я – надо грогу:
Все мозги размякли, словно воск,
Но, у нас в Ростове, слава Богу,
Есть и круглосуточный киоск!

Захожу: «А сколько стоит водка?»
Мне сказали – в обморок упал.
Пенсии не хватит, значит, вот как!
И домой обратно похромал.

Дотащился из последней силы,
На диванчик лёг, смахнул слезу
И заснул холодным сном могилы,
Но, зато уж – ни в одном глазу!

27.07.2004 г.

*     *     *

Андрею Дементьеву

    Ни  о  чём  не жалейте, мамаши, папаши.
Не жалейте, что вы никому не нужны,
Пусть зарплата Чубайса в триста раз выше вашей,
Но ведь деньги берёт он из вашей мошны!

Но зато вас никто не облúл майонезом,
И не строчит вдогонку ни «УЗИ», ни «калаш»,
И никто не ругает вас рыжим балбесом,
Ведь не грабите вы ни мамаш, ни папаш…

Не завидуйте тем, кто богатый, красивый,
Словно муж Пугачёвой Киркоров Филипп, –
Пусть вы старый и хворый, беззубый и сивый,
Но в дурную историю кто из вас влип?

Пусть вы будете немощным, слабым и бледным.
Пусть никто из вас славы стране не принёс,
Словно братья Кличко результатом победным,
Но зато у вас целы и рёбра, и нос…

Не жалейте, что вы не трубите на флейте,
Что не можете петь, словно Лещенки Львы,
Как Дементьев, стихи сочинять не умеете,
Но зато с наслажденьем их слушали вы!

Не завидуйте гениям, это банально.
Лишь бы пара ушей по бокам головы:
Пусть Дементьев стихи сочинил гениально,
Но ещё гениальнее слушали вы!

22.04.2005 г.

РОМАН   В   ЧАСТУШКАХ

   На  лугу  стоит корова
Над лепёшкой-какою.
Тётю Надю дядя Вова
Обозвал макакою.

Дяде нету интересу
Источать поллюцию, –
Приглашает он Инессу
Делать революцию.

Но член партии в душе
Оказался гаденький,
Дядя пожил в шалаше
И вернулся к Наденьке.

На лугу стоит корова
И лепёшкой какает.
Тётю Надю дядя Вова,
Обнимая, плакает…

23.04.2004 г.

ЖЕНСКИЕ   РИФМЫ

    Женские  рифмы нимало не ценятся.
Женские рифмы лишь Пушкин ценил.
Творчества кредо никак не изменятся:
О, погляди-ка, что я натворил!

Сонные пары по пляжу слоняются,
Чокнувшись тарой, из горлышка пьют,
С жаром целуются и обнимаются…
О, как гитары красиво поют!

Грустные ивы в воде отражаются.
Снова ты рядом. Ну, как тут уснёшь?
Трое детишек по дому шатаются.
О, неужели опять принесёшь?

29.04.2005 г.

МУЖСКИЕ   РИФМЫ

    Рифмы  мужские прекрасного качества
Я напишу в свой походный блокнот.
Женские рифмы – конечно, чудачества;
О, как в них много пустот и длиннот!

Снова все пляжи заполнили парочки
И средь мангалов, пускающих дым,
Вновь обнимаются, выпив по чарочке.
О, как мне хочется быть молодым!

Мы примостились под грустною ивою:
Четверо деток и мы – я и мать.
Снова ты выглядишь слишком счастливою…
О, неужели же будет их пять?!

02.05.2005 г.

*     *     *

    Я  с  Мнемозиной  дружен, маманей разных муз.
Союз мне этот нужен, необходим союз:
Боряся со склерозом, не лезя на рожон,
Всё глубже с каждым разом  я в память погружён.

Я помню день вчерашний, позавчерашний день,
Я помню бег всегдашний мелькающих недель,
Я помню юность, зрелость и отрочества дни,
Куда оно всё делось, куда ушли они?

Куда умчались годы, где пятилеток дым?
Всё ближе Леты воды, их ток неутомим,
Но дружба с Мнемозиной – бесценный божий дар:
Воздушный шар с корзиной, большой воздушный шар.

В корзиночке-гондоле кончается балласт,
И вскоре поневоле ваш ас концы отдаст,
И погрузúтся в Лету навек бесценный груз,
Поэтому поэту так важен сей союз.

Пока лечу над Летой, я помню каждый миг,
Но ко клоаке этой уже почти приник,
Порою долетает в корзину пара брызг
И память сразу тает, расколотая вдрызг.

Я помню в пятом классе забывчив очень был:
Чего-то там о массе я выучить забыл.
«Ланг, вы урок учили? Идите отвечать!»
Не помню, что влепили, но, кажется, не пять.

Всё глубже в омут детства я память погружу,
И, – никуда не деться, – вот в люльке я лежу.
Пелёночное время – ужаснейшая муть.
Мне в матерное бремя охота заглянуть.

Уютно, хоть и тесно, но мягко и тепло,
И очень интересно, чем кончится оно,
Ручное колыханье, ножная болтовня.
О вы, воспоминанья, …минанья, …нанья, …нья!..

12.05.2005 г.

*     *     *

…………………………………………………………Буря мглою небо кроет…
…………………………………………………………………………..А.С.Пушкин

    Снова  лето, снова мухи,
Пыль, жара, комар и гнус,
Душно, влажно, что за муки –
Описать я не берусь.

Очень часто лезу в ванну,
Словно рыба в лоно вод.
Это лето, как ни странно,
Наступает каждый год.

Зреет колос в поле, зреем
Мы средь моря ячменя.
Будет пивом и хореем
В зиму греть судьба меня.

Солнце виснет белым шаром,
От жары звенит зенит,
Небо пышет влажным жаром,
Колокольчик не звенит.

От Калуги и до Вятки
Шины шорох слышен мне.
Троек нет, одни «девятки»,
Или, может быть, одне…

14.05.2005 г.

О     З А Й Ц А Х

    Поленился  раз учёный,
Белым зайцем увлечённый:
Надоели бланки, банки –
Стал писателем Бианки.

Поленился раз прозаик
Написать роман про заек,
Стал стихи писать при этом.
Так Некрасов стал поэтом.

Поленился раз поэт
Про зайчат сложить сонет,
И артистом стал Пан Зюзя,
Бедных зайчиков конфузя.

Поленился раз и Ланг:
Зайцев всех послав на фланг,
Коль не вышло стать артистом,
Хочет стать хоть пародистом…

05.03.2003 г.

 П Р И О Р И Т Е Т

    «На свете счастья нет,
Но есть покой и воля»,
В своих стихах сказал
Талантливый поэт.

А добрый мой сосед,
Рецидивидзе Коля,
Об этом утверждал
Уже пятнадцать лет.

Читатель! Погоди
Мусолить кривотолки,
Попробуй разобрать,
Чей тут приоритет

На Колиной груди
Я видел две наколки:
«Век воли не видать»
И «В жызне щастя нет»…

23.06.2004 г.

О      Р О С С И Й С К О Й      К Л А С С О В О С Т И

   Нет  коммуны, нет монархов,
Но порядок – хренов:
Есть два класса – олигархов
И олигофренов.

15.12.2003 г.

О       Л А Т Ы Н И

    Увы, не знаю я латыни
И факта* этого стыжусь,
Но алиби* имею ныне,
И ляпсус* оправдать берусь.

Хотя я толерантен* к славе,
Утешен априори* тем,
Что сам Овидий, или Флавий
Не знали русского совсем.

Я не читал Катулла, Флакка,
Ни Плиниев и ни Сенек,
Но, не скажу, что царство мрака
Меня окутало навек.

Конечно, прочитай я Ливия,
Я был бы чуточку счастливее;
И чтенье «Энеады» Акция
Была б приятнейшая акция.

Зато читал я Фета, Гоголя,
Аксакова, не всё, но многое,
Тургенева, Бажова, Блока,
И Гиляровского немного.

Читал Замятина, Островского,
Читал Кассиля, Паустовского,
Ефремова и Рыбакова,
Нагибина и Тендрякова.

Читал я Тютчева, Крылова,
И Бунина, и Бубеннова,
Булгакова и Лавренёва,
Набокова, и Гумилёва.

Читал Есенина и Гранина,
И Горького, и Северянина,
Успенского, Козьму Пруткова,
Бианки, Ильфа и Петрова.

Читал я Пушкина, Толстого,
И вновь Толстого, но другого,
Читал я третьего Толстого,
И Куприна, и Гончарова.

Читал я Чехова, Катаева,
Читал Ершова, Вересаева,
Бальмонта, Лермонтова, Даля,
Шишкова, Грина и так далее…

Но ни одной из этих книг
Ни Плиний, ни Катулл, ни Стаций
Не прочитал, и, без оваций* –
Quod erat demonstrandum.* (Sic!*)

Г Л О С С А Р И Й *

Факт ( лат. factum) – действительное событие.
Алиби ( лат. alibi) – в другом месте, доказательство невиновности.
Ляпсус ( лат. lapsus) – падение, ошибка.
Толерантность ( лат. tolerantia) – терпимость.
Априори ( лат. a priori) – до опыта, заранее.
Овация ( лат. ovatio) – ликование, аплодисменты.
Quod erat demonstrandum (лат.) – что и требовалось доказать.
Sic! ( лат.) – так!
Глоссарий ( лат. glossarium) – толкователь слов.

07.03.2003 г.

О    ПИЩЕ

    Если  хочешь подкрепиться,
То к твоим услугам пицца.
Если кушать хочешь ты,
Съешь пельмени иль манты
И запей всё это пивом,
Если хочешь быть счастливым.
Если ты ещё голодный, –
Скушай винегрет холодный,
Рюмку водки, наконец,
И солёный огурец.

Если ж ты страничку книги
Любишь больше мамалыги,
Кулебяки, фрикаделек,
Антрекотов и сарделек,
Вкусных блюд различных тыщи,
Коли ты духовной пищи
Хочешь больше, чем ухи, –
Почитай мои стихи!
Мой совет весьма непрост, –
Иногда полезен пост!

10.06.2005 г.

О    Ч Е С Т И

    Бывают недоразуменья в жизни,
Что Пикулю не снились самому.
«Всего себя я отдаю отчизне,
Жизнь – президенту, честь же – никому! –

Сказал один солдат, несущий вахту, –
Я Пикуля читаю и люблю!»
И тут же загремел на гауптвахту
За неотданье чести патрулю.

07.12.2004 г.

О    М Е Д И Ц И Н Е

    «Нужна ли медицине профилактика? –
Подумал терапевт, ещё не сняв халата, –
Уж не порочна ли такая практика:
Уменьшится число больных, понизится зарплата?..»

Подумал врач-хирург: «Какой аврал,
В том смысле, что полупуста палата.
Я сам бы, – верите? – с десяток ног сломал,
Кабы не клятва Гиппократа!»

Не бойтесь, доктора, не так страшна картина,
Пока лечение у нас дороговато:
Вчера узнал в аптеке цену аспирина –
Очнулся – гипс, и о! – инфарктная палата!..

20.04.2004 г.

О    БЕЗДУШИИ

    Ещё  не улетела
Душа моя из тела,
Но очень хочет унестись в полёт,

А я, признаться, трушу,
И не пускаю душу,
И не даю заслуженных свобод.

Держу её в темнице,
Пишу о ней страницы –
Придётся о свободе ей забыть,

Томиться в теле душном:
Чтоб мне не быть бездушным,
Я, всё-таки, бездушным должен быть!..

19.06.2005 г.

О      К О С Т О Ч К Е

    Какая косточка! Как вкусно! Разгрызаю
С бочка по капельке – грызь-грызь – и в пищевод.
Такую люди называют «мозговая»
И «сахарная». Ох, слюна течёт…

Большая косточка. Грызу и наслаждаюсь,
Но червячка ещё не заморил.
Не отняли б её… От кобелей отлаюсь,
А если человек?.. Ну, что я говорил?

Я так и знал. Вон – чешет, напевая,
И прямо на меня. Отнимет… Отберёт…
И смотрит прямо, взгляда не скрывая.
В руках – не понял что. А ну – швырнёт? Прибьёт…

Благоразумно гордо удаляюсь.
За баком мусорным лежу. Течёт слеза.
К земле всё ближе, ниже наклоняюсь,
А сам за ним слежу во все глаза.

Подходит к косточке. Стоит над ней. Нагнулся…
Ну, что ж, забудь о косточке, Барбос.
Уходит не спеша. Вот, обернулся…
Не отнял… Вот чудак… Ещё одну принёс…

18.12.2004 г.

ОЖИДАНИЕ  ГОЛА

    Борю Абрамовича в России
Сильно огорчал – один футбол.
Хорошо – немного запросили,
По-дешёвке «Челси» приобрёл.

Может, он не деспот, не диктатор,
Может, он не вор, не плут, не гад,
Но уверен я, что губернатор
Он лишь потому, что плутократ.

Правда, из-за плутократов оных,
Я, пенсионер преклонных лет,
Перестал бывать на стадионах:
Денег нету даже на билет.

Но зато теперь я, в «ящик» глядя,
Жду, болея, как никто другой,
Чтобы «Челси» кто, не денег ради,
Гол забил бестрепетной ногой.

27.10.2005 г.

*     *     *

Владимиру Владимировичу

    На  утлой  лодчонке я вышел, чтоб гресть
В сплошной лихорадке быта.
Но как же мне жаль, что понятие «честь»
Столь многими прочно забыто.

Я волком бы выгрыз, да нечего грызть, –
Всё сгрызли давно олигархи.
Но мне непонятно, – какая корысть,
Что тлеют в могилах монархи?

Отлилась сторицею Ленина месть
За рано погибшего брата.
Царизма вина в этой гибели есть,
Но родина чем виновата?

Но чем виновата великая Русь,
Что кровью народа умылась?
По этому поводу тихая грусть
В меня перманентно вселилась.

Ещё поселилась бездонная грусть
По поводу судеб культуры.
А также, Владимир Владимирыч, пусть
Добавят нам эмеритуры!

Лежит винограда красивая гроздь
На пышном базарном прилавке.
Торчит продавец, одинокий, как гвоздь,
Вокруг ни толкучки, ни давки.

Что делать? Извечный российский вопрос
Хотели мы рынка в России, –
Взамен получили огромный Привоз,
И вновь в ожиданьи Мессии.

Клонировать Ленина? Есть такой план.
И это генетика может.
Но только, пожалуйста, Фанни Каплан,
Не медля, клонируйте тоже!

10.11.2005 г.

ПИРОМАНИЯ

    Недавно письма сжёг твои.
Костёр был и велик, и жарок.
Все чувства прежние мои
Пылали вместе с кучей марок.

Хотел я сжечь любовь к тебе, –
Она воскресла вновь из пепла,
Как птица феникс и – NB! –
Она ещё сильней окрепла!

Ну что мне делать, как тут быть?
Зачем нужны мне эти муки?
Давно хотел тебя забыть,
Да всё не доходили руки.

Напишешь мне – сожгу опять
Письмо, хоть спичек мне и жалко, –
Придётся снова покупать,
А, впрочем, есть и зажигалка.

Опять так долго нет письма,
И спички прозябают праздно.
Люблю я письма жечь весьма.
О, как любовь многообразна!

12.11.200б г.

О      Д А Й В И Н Г Е

    Я  обмаскан  и областан, с трубкой, пахнущей сандалом,
Безмятежно погрузился  в пресноводный водоём.
Головастик пучеглазо удивился причиндалам
И умчался скороспело с головастихой вдвоём.

Лицезрея сочетанья спирогиры с водокрасом,
Распугавши всё живое от лягушек до мако,
Я поплыл, себя помыслив в небесах воздушным асом,
И невольно вспоминая Макаревича и К°.

Ни пингвинов, ни русалок, ни сома не обнаружа,
Не заметив даже рыбки самой мелкой для ухи,
Я промолвил, усмехнувшись: «Этот пруд – большая лужа!»
И на брег поспешно вышед, сел под куст писать стихи.

И росинки засверкали, бриллиантам подражая,
На кустах, и я увидел, что вокруг меня растёт
Саперави, мукузани, цинандали, поражая
Винолюбов сочетаньем виннокаменных кислот.

И когда они созреют, соберут их и подавят,
Пробродив, они поспеют, и тогда любой завмаг,
Их отведав, дайвингистам скажет: «Да, вот это дайвинг!»,
Их вкусив, сам Макаревич скажет: «Да, вот это смак!»

07.02.2005 г.

КРИТИКА  СКОРОСПЕЛОСТИ

   Прочитавши  дайвингиста скороспелые куплеты,
Мы невольно поразились мелководью ваших тем
И количеству ошибок, что творят порой «поэты»,
И при этом помышляют себя асом. Между тем,

От ошибок дилетанта не умчаться скороспело.
Скороспело созревает виноград, а не побег.
И зачем литературу автор портит, неумело
Применяя архаизмы вроде «вышед» и «на брег»?

Кто наш автор скороспелый: ас, не ас – судите сами,
Но мако ведь в пресноводном водоёме не живут.
Вот такие рифмоплёты неумелыми стихами
Макаревича Андрея до икоты доведут.

Головастик у «поэта» удивился пучеглазо –
Знать, базедовой болезнью заболел, тут зырь — не зырь,
А узришь неподалёку в акваланге водолаза, –
Вероятно, тут же лопнешь, как проколотый пузырь.

Очень многих аксакалов огорчили вы в ауле,
Перечислив на досуге под кустом сорта вина.
Почему не помянули среди них напареули?
Этот ляпсус, безусловно, ваша страшная вина!

И пока не аксакал вы, а молоденький мальчишка,
(Вам ведь нынче, как известно, и семидесяти нет),
Сожалеем мы о том, что не послал вам бог умишка,
Но, зато, он посылает вам наш искренний совет:

Исправляйтесь, без обиды нашу критику прочтите,
И пора, забросив маску, вам напялить акваланг,
Чтоб не плавать в водоёмах как кусок бревна, простите,
И тогда сам Макаревич скажет: «Да, вот это Ланг!»

14.03.2005 г.

*     *     *

    Вышел  я наблюдать на балкон
Метеорный поток Леонидов,
Но напрасно прервал я свой сон, –
Целый час ни комет, ни болидов…

Вдруг мелькнул и тотчас же погас
Яркий выплеск болидного следа,
И раздался с небес Божий глас,
Так похожий на голос соседа:

«Леонидыч, иди-ка ты спать
И кончай астрономию эту, –
Всё равно ни хрена не видать:
Это я бросил вниз сигарету…»

04.12.2005 г.

ВЕТЕР

    Разверзая  тверди хлябь,
Свежий ветер гонит рябь,
Водной глади морщит зыбь.
За затоном стонет выпь.

За кормою мерный всхлип,
Надо мною тени лип,
Предо мной твой мокрый зонт
Заслоняет горизонт.

За заливом всходит зябь.
Ты озябла, я озяб.
Среди гладких донных глыб
Стынет, стоя, стая рыб.

Заводь плещет, словно суп,
Что в тарелочке несут.
Небо писает дождём.
Ничего, мы подождём!

Кожа в дрожи, словно сыпь,
Липнут мокрые трусы,
И во рту как будто кляп.
Если бы не ветер – я  б…

07.12.2005 г.

СИРЕНЕВЫЙ  ТУМАН

    Опять цветёт сирень и разные цветочки,
Промчалось сорок лет – мы встретились опять.
Меня забыла ты – за сорок лет ни строчки.
Я вновь хочу твою любовь завоевать.

Как сорок лет назад, сорвал я гроздь сирени
И робко протянул, как сорок лет назад,
Надеясь, что опять ты сваришь мне пельмени
И мы с тобой пойдём гулять в Нескучный сад.

Последние лучи закатного светила
Красиво золотят церковные кресты,
А вот уже и их неслышно поглотила
Сиреневая тень грядущей темноты.

И, радостно дыша вечернею прохладой,
Гляжу я на тебя и видит мой зрачок,
Как мажешь губы ты сиреневой помадой,
Воздействуя на мой сосудистый пучок.

Страдая от любви и мучась от подагры,
Я слышу, как растёт во мне желанья пыл,
Но тщетно, ибо я таблеточку виагры
Идя к тебе, принять сегодня позабыл.

Как сорок лет назад, «сейчас я сдвину горы», –
Подумал я, но, вдруг, с тоскою осознал:
Увы, прошла любовь, увяли помидоры,
Уехал поезд наш и опустел вокзал.

На землю улеглись сиреневые тени.
Внезапно понял я, что время не стоит,
Что нюхать корешки кладбищенской сирени,
А не её цветы нам вскоре предстоит.

Ещё годок-другой с тобою мы поквасим,
Сквозь тернии бредя в сиреневую тьму,
Потом получит знак небесный наш Герасим,
Момент – и Бобик сдох, пошла на дно Муму.

Пройдёт немного лет и мир о нас забудет,
А может быть, и дней, а вовсе и не лет,
Сиреневый туман над нами плавать будет,
Но, что нам до того – ведь нас с тобою нет…

18.09.2008 г.

П О С Л Е Д Н Е Е    Ж Е Л А Н И Е

     Я   урчал, обдумывая титр,
Ты стонала на манер этруски.
Перед этим выпили мы литр
Просто так по-русски, без закуски

Это было в век алкоголизма,
Приснопамятным советским летом,
А теперь протёртый суп пер клизма
Получаю я взамен омлета.

Никому не пожелаю рака,
Да на фоне беленькой горячки:
Получает пищу только драка
В позе той этрусской раскорячки.

Разогнав чертей зеленоватых,
Впопыхах хватающих записку,
Помню я этрусок полноватых
Их тугую маленькую киську…

И теперь, когда в преддверьи гроба
И твою гортань сковала спазма,
Я б хотел, чтоб умерли мы оба
От одновременного оргазма.

10.12.2005 г.

Р Е Ц Е П Т    П О Х У Д Е Н И Я

    Захотела  похудеть?
Что ж, дела возможные, –
Приходи в кафе глядеть,
Как едят пирожные.

Сядь в углу, глотай слюну,
Глядя на обжорок,
И за месяц сбросишь, ну,
Граммов двести сорок…

Будешь пить несладкий чай
Без безе и сушки, –
Через годик ожидай
Килограмм усушки.

С завистью гляди на дам,
Что теряют формы,
И к восьмидести годам
Ты достигнешь нормы.

Если ж ранее умрёшь,
Чтя мои советы, –
Непременно попадёшь
В рай из-за диеты,

Потому что там, в аду,
Ритм обжарки чёток,
И  кладут  в  сковороду
Только жирных тёток!

08.12.2005 г.

МЕЧТЫ   ЗЕКА

   Я  ударил  тёщу –
Залепил по уху.
Не хватило мощи:
Я б убил старуху.

Набежали гады –
И прощай, свобода.
Дали мне награды
По суду три года.

За окном пороша,
Под окном параша.
Аппетит хороший,
Да еда не наша.

На столе баланда,
Как свиное пойло.
Раздалась команда –
Разбежались в стойла.

Мрачный город Шуя,
Не Одесса точно.
Песню напишу я –
Выпустят досрочно:

Дескать, не опасный,
Раз так ловко кроет.
На «Калине красной»
Мне концерт устроят.

На большом помосте
Я спою с гитарой…
А потом все кости
Поломаю старой!

18.12.2005 г.

Ф А Т А – М О Р Г А Н А

    По пустыне брёл я, ноя
От немыслимого зноя…
Вдруг – мираж!

Но, его природу зная,
Шёл я тихо, не впадая
В буйный раж.

Иссушал сирокко, дуя,
Думал: пропаду я –
Вот тоска!

Плыл мираж, не исчезая,
И протёр свои глаза я
От песка.

В зыбких струях суховея
Вижу вдруг – стоит гевея
И гараж.

И стоял у гаража я,
Наконец, соображая –
Не мираж!

25.12.2005 г.

*     *    *

   Где  ночи  прохладны, где жёны неверны,
Где светят окошки портовой таверны,
Где скверный чинзано и пьяные крики
Матросов приписки портов Коста-Рики,
Где нищий скрипач превосходит маэстро
По части аллегро, виваче и престо,
Где в треске цикад поспевают оливы,
Мадонны прекрасны, а донны сварливы,
Где гроздья сапфиров за тёсом оградным
Прикидываются кустом виноградным,
Где воздух пьянит, наподобие рома,
Насыщенный йонами йода и брома,
Где море целует нагретые камни,
Где я ещё не был – туда мне. Туда мне!

19.12.2005 г.

ПЕСНЯ   ЗЕКА

    Я  посажу на кол соседку,
Лишь только с зоны ворочусь.
Запру покрепче птичью клетку –
Пусть терпит, как святая Русь.

Соседу выбью оба глаза:
Меня надолго помнит пусть,
Не будет вякать впредь, зараза.
Дай только я освобожусь.

Набью за оскорбленье морду, –
В чём — в чём, а в этом побожусь,
Пошлю ментов поганых к чёрту
Тогда, когда освобожусь.

Потом спущу с цепи собаку, –
Прохожих покусает пусть,
Под Новый год затею драку,
Как только я освобожусь.

Куплю водяры две-три банки,
Как прежде вдребезги напьюсь,
И стану снова грабить банки,
Пока опять не попадусь.

На конкурсе «Калины красной»,
Что шанс свободы нам даёт,
Спою об этом я, но ясно,
Что всё спою наоборот…

21.12.2005 г.

СИБИРЬ

    Там  хлещет  пурга над объёмами льдины,
Там блещут кровавым огнём альмандины,
Там горные выси сверкают снегами,
Проворные рыси петляют кругами,

Солёные ветры и хмурые мишки,
Зелёные кедры и бурые шишки,
А в грозные ночи там злится погода
И в звёздные очи глядится полгода

Седая тайга. Но полярной весною,
Съедая снега, над полянкой лесною
Покажется солнце фонариком красным,
Окажется снова всё ярким и ясным, –

Солёные ветры и грустные мишки,
Зелёные кедры и вкусные шишки,
А солнечным днём, когда льдины истают,
Там снова огнём альмандины блистают.

26.12.2005 г.

РАССКАЗИК

   Что  б  такое рассказать
Мне друзьям после закуски?
Из провинции опять
К нам приехал новый русский.

Посетивши мавзолей,
Накупив друзьям обновки,
Он поехал в «Колизей»
Сразу после Третьяковки.

Чтобы пыль пустить в глаза,
Он воскликнул в «Колизее»:
«Мне тарелку супа за
Штуку баксов, и скорее.

Как кутит негоциант
Убедиться всех попросим!»
И сказал официант:
«По полпорции не носим!»

03.01.2006 г.

УСТРИЦЫ

   – Официант!  Мне устриц дюжину,
Но не жирных и не больших.
Только свежих хочу я  к ужину
И, конечно, ещё живых.

Есть такие, я знаю по книгам.
Мне их хочется позарез! –
И сказал официант: – Я мигом.
Вам с жемчужинами, или без?

03.01.2006 г.

УКРАИНЦАМ

    Украинцы! В словах моих горечь,
Ведь политики кинули вас:
Если б к власти пришёл Янукович,
Не повысили б цены на газ!

От эмбарго на птичьи продукты
Украинцы страдать не могли б.
Ожидайте эмбарго на фрукты,
А виной будет «яблочный грипп».

Украинцы! Мне ваши обиды
Так понятны – ведь мы же друзья,
Но на малую крошку Тавриды
Вам раскатывать губы нельзя.

Севастополь останется «рашен»,
Как и Ялтинский, впрочем, маяк:
Так угодно политикам нашим,
А без них в этой жизни – никак!

Украинцы! Пора примириться –
Правил миром всегда капитал.
Только дружба могла с ним сразиться,
Что советский народ испытал.

Но, хотелось суверенитета –
И случился великий конфуз.
Нынче каждый прочувствовал это,
Но распался Советский Союз.

Украинцы! Ведь каждый мальчишка
Нынче знает, что раньше не знал:
В чьих руках нефтяная задвижка,
Тот и правит в политике бал.

Не грозите им пальцем – откусят
Те, кто с данностью непримирим:
После «долгих народных дискуссий»
Передарят татарам весь Крым!

Украинцы! В словах моих рана,
Но им чужды подвох и обман:
Вспоминайте заветы Богдана,
Возвращайтесь под знамя славян!

Чтобы вновь мы едиными стали,
Чтоб вернулась народная власть,
Чтобы в вашей стране перестали
По ночам наше топливо красть.

Чтобы власть капитала пропала,
Чтоб исчезли интриги и лесть,
И тогда украинское сало
Будем снова мы с радостью есть!

21.01.2006 г.

pi= 3,141592653589793238462643…

    Жду у моря я погод
Математик не придёт
Вдруг где чинит светофор
Математик Пифагор
Подсчитав умы на Яве
Грустным быть считал он вправе
Отче Аве…

ВЫШИВАНИЕ

    Ваши  пяльцы пахнут ладаном
И пуста стоит кровать.
Ничего уже не надо вам,
Только гладью вышивать.

И склонитесь вы над пяльцами
В свой последний смертный час –
И тогда своими пальцами
Старый муж придушит вас.

И душа, влекома вестником,
Попадёт на Страшный суд.
«Надо бы побольше крестиком…»
За спиной произнесут.

«Вам геенна предугадана» –
Скажут правящие суд,
Но, услыша запах ладана,
Еле ноги унесут.

И тогда Господь вас искренно
Осенит своим перстом,
И, вздохнув, прибавит мысленно:
«Всё же, лучше бы крестом…»

10.02.2006 г.

СИНЬОРИНА

    Был  горячим  я мужчиной…
Раз приехал на вокзал,
И пленился синьориной,
Проходившей через зал.

Я воскликнул: «Синьорина!
Надвигается гроза.
У меня своя машина,
Так проверим тормоза?»

И сказала синьорина:
«Вэри вэлл! Об чём базар?
Только мимо магазина,
Где в колечке бирюза.»

Ну, а после «Соки-вина»,
«Золотистая лоза»…
«Дорогая синьорина,
Я вам дом не показал!..»

Уж зовёт к себе перина,
В хрустале горит слеза.
«Вы не против, синьорина,
Я завешу образа?»

И сказала синьорина:
«Я не против, только за!
Ты колечко подари нам –
Поцелую два раза!»

Вот кольцо из серпентина –
В глазках змейки бирюза –
И на пальце синьорины.
Обалденная гюрза!

Съевши дольку мандарина,
(Без него во рту буза),
Я воскликнул: «Синьорина!
Вы изящны как коза!»

И сказала синьорина,
Поглядев в мои глаза:
«Ты, козёл, и сам скотина,
Раз такое мне сказал!»

И уходит синьорина,
Хлопнув дверью от досад,
Я ж остался с кислой миной,
Глядя с горечью на зад…

WO BODY2 - Стихотворения

13.03.2006 г.

О Т К Р О В Е Н И Е      Б О Г О Х У Л Ь Н И К А

    Отчего  я не боюсь
В ад попасть? Подкован!
Я и там не осрамлюсь –
Я натренирован.

Я нигде не пропаду
Со своим СОБЕСом:
Если в ад я попаду,
Там устроюсь. Бесом!

.004в. Дэв - Стихотворения

31.03.2004 г.

РОДИЛЬНОЕ

     Тропинка в поле стелится,
В картину так и просится.
В хлеву корова телится,
В кутке свинья поросится.

Пейзажи нынче ценятся –
За ними все охотятся.
За печкой сука щенится,
Под лавкой кошка котится.

Бредёт калика с клюшкою,
Цветёт сирень за хатою,
А бабы Фрося с Нюшкою
Уже давно брюхатые.

За рощей небо хмурится
И в речке отражается.
Снесла яичко курица,
Лишь мне всё не рожается.

Священны муки творчества –
Ещё два-три мгновения
И я, в потугах корчася,
Рожу стихотворение.

Родил!,,

21.09.2008 г.

И З   Ц И К Л А   «А К Р О С Т И Х И»

З И М А

   Звёздные  ночи, очень морозно,
Издали слышны гудки паровозные.
Мама с работы приходит поздно,
А над «Динамо» – искорки звёздные.

В школе уроки поздно кончаются.
Деепричастья проходим и Чацкого.
Едем в кино. Как подножка качается!
Только б успеть на «Тарзана» дурацкого.

Снегом глубоким прикрыто пожарище –
Только что кончились годы военные.
«Верной дорогой идёте, товарищи!»
Едем. Ещё возвращаются пленные.

Варежки спёрли тёплые самые.
Разве не хочется жулика высечь нам?
Очень оладышков хочется маминых.
Светлое завтра – только в двухтысячном!

Только б дожить до него, лишь дотронуться…
Очень оладышков, плюс… и два минуса…
В воздухе запах лекарства… и конуса…
Если из корня извлечь керосинуса…

03.04.2004 г.

*     *     *

    Долго ловил я удачу –
Облачко белым сачком.
Лето покинуло дачу,
Где-то покряхтывал гром.
Облачко тучкою стало.
Лето умчало на юг.
Осень внезапно настала –
Ветрено, мрачно вокруг.
И, усложняя задачу,
Льёт то что призвано лить.
Я продолжаю удачу
У небосвода ловить.
Дни непростительно трачу,
А непростительность в том,
Что опустилась удача
Утренним лёгким снежком
На побелевшую землю.
А, по традиции, я
Падших удач не приемлю:
Раз не поймал – не моя.
Ах ты, опять незадача,
Снова весенним деньком
Надо ловить мне удачу –
Облачко белым сачком.

18.04.2003 г.

З А Б О Т А

    Увидев  с тяжёлой сумою жену,
Сказал я в заботе: «Зараза,
Тяжёлая сумка, проклятая, ну,
А можно ж сходить и два раза!..»

Любимые жёны – как майские дни:
Они – лучше нет, если немы.
«Ты, если устала, – присядь, отдохни!» –
Заботливо скажем жене мы.

А я неустанно, без отдыха, сна,
Бессменно забочусь, всечасно
О том, чтоб красивой осталась жена:
Трудись – и ты будешь прекрасна!

17.05.2003 г.

*    *    *

    Высями  горними, горными, гордыми,
Лихо крилами маша белоснежными,
Ангелы с жирными красными мордами
Дали пронзают куплетами нежными.

Ишь, как резвятся, никак не опустятся.
Мелкие, как корнишоны-огурчики,
Или как крупные совки-капустницы,
Радугам рады рахиты-амурчики.

Лихо махая крилами бесцветными,
Ангелы с красными жирными мордами
Небо пронзают стихами куплетными,
Горными высями, горними, гордыми.

30.05.2003 г.

А Н Д Р Е Ю      Б Е Л О М У

А  он  швырялся ананасом –
Не в солнце он попал, а в нас.
Державным ямбом Сатана сам
Рассыпал в небе ананас.

Его задумчивые стоги
Ютились средь родимых нив,
Блестели дивные чертоги
Его закатов золотых.

Летели стройные стрекозки,
Опалом крыльев сея свет.
Мне кажется, достойней тёзки
У Ельцина, пожалуй нет!

06.07.2003 г.

Я М Б Ы

……………………………………..Я покидаю вас, изгнанник –
……………………………………..Моей свободы вы не свяжете.
……………………………………..Бегу – согбенный, бледный странник… ………………………………………………………..А.Белый. «Изгнанник»

     Я покидаю,  дорогая, вас –
Моя свобода мне дороже.
Бегу, уже раскаиваясь,
Я от возлюбленной, и что же?
Меня коснулась доля жуткая
Быть в роли бедного изгнанника.
Я знаю: вы такая чуткая,
Молю вас, пожалейте странника.
Бродил я ржой, межой и кочками,
Я страждал от еды несытной,
Мой организм страдает почками,
Быть может, я уже нефритный.
Я снова принят вами, снова?
Мне кажется я оживаю:
Благословенно чувство крова –
Я снова убежать желаю!
Мне душен дом и тесно в комнате, –
Берлога тут, а не жилище.
Я думаю, ещё вы помните –
Мне нужно воли, а не пищи!
Боюсь, вы мне уже наскучили,
Я не хочу ни щей, ни гуся.
Меня вы вновь недолго мучили.
Быть может, я ещё вернуся?..

06.07.2003 г.

М Н Е      Г О Л О С      Б Ы Л

На Земле  что хочешь делать можешь,
А на небе , то, что Я велю!..

Вот за это я тебя, мой Боже,
Ей же ей, ни капли не люблю.

Раньше был я просто равнодушен,
Но теперь ты мне противен, Бог.

Обещаю: буду непослушен,
Если выйду за земной порог!

Говорят, ты милосерден, Боже,
Редко мстишь среди мирской возни.

Ежели не врут, тогда, похоже,
Хуже мне не будет, чёрт возьми!

22.07.2003 г.

П О С Л А Н И Е      Р И Ф М О П Л Ё Т А      П О Э Т А М

    Я – фон. Меня должны любить:
Я чёрный бархат для брильянта!
Моё призванье – оттенить
Блеск настоящего таланта.

О, я всего лишь рифмоплёт,
Мечтавший с детства стать поэтом.
Пишу, что в голову придёт
И рифмой пользуюсь при этом

Собак не ем, вот тут я пас,
А вы едите эту каку.
Народ ведь говорит про вас:
«Он в этом деле съел собаку!»

22.07.2003 г.

П О Э З А      С О С Т Р А Д А Н И Я

Поэту  сострадайте лично –
Он парень, в общем, ничего.
Экстроспективно неприлично
Забвенью предавать его.

А если он поэт неважный,
С небес созвездий не хватал,
Он хоть и был неавантажный –
Сам фигурантам сострадал.

Таким он не родился, право.
Родиться рамоли – нельзя.
А сделала с ним это слава,
Да собутыльники-друзья,

А в результате – кукиш с маком!
На том стою, сижу, лежу…
И сострадайте всем писакам –
Я к их числу принадлежу!

07.10.2003 г.

С Н Е Г

    Снег яблонь – точно мотыльки,
Нежнейших крыл-снежинок блёстки.
Ещё плоды так далеки,
Гораздо ближе заморóзки.

Снег яблонь – пена лепестков
Нежнейшим розовым пудретом.
Если не сгонишь мотыльков –
Гораздо меньше яблок летом!..

08.10.2003 г.

*    *    *

    Модерна  линии взлохмаченные
И холст. Неделями искал
Художник образы утраченные,
А Демон рухнул среди скал.

И уходили озадаченные
Любители, прикрыв оскал,
Увидев очи раскоряченные,
В которые он не пускал.

Россия, не тебя ль прогнозно
Увидел сумасшедший Врубель,
Бредя на убыль одиозно?

Его упавший с неба Демон
Лежит, как деревянный рубль,
Юродив, как и мы. Да где нам!..

13.11.2003 г.

П Р О М А Х Н У Л И С Ь …

    Гроза  была, а я гулял… Внезапно
Раздался страшно громкий треск,
Одновременно с ним невыносимый блеск,
Меня качнуло, я услышал запах…

Мне показалось – это запах серы.
Озоном, видимо, пахнуло в этот миг.
Лишённый слуха, зрения и веры
На несколько мгновений, я притих.
И, если б хоть на десять метров ближе –
Я бы уже лежал в аду, в зловонной жиже!

10.04.2004 г.

*     *     *

    А  мне  вчера приснился акростих,
Коротенький такой – всего на восемь строчек.
Раскрыл глаза – и вытаращил их:
Он сеточкою букв осыпал мой листочек.

Стихотворением его не назовёшь,
Так, небольшой стишок некрупного калибра.
И, знаете, мне кажется, что всё ж,
Хоть невелик он, но – достойнее верлибра!

14.01.2006 г.

*     *     *

    Шевелили  головками маки.
Лёгок сон на родимой Итаке.
А тугая волна у причала
Белоснежный корабль качала.

Ыспарта ему нынче снилась,
Так, чтоб нечисть с погони сбилась,
Ыспарту называть будет он.
Догадайтесь, что цель – Илион!

О пути его в целом свете
Может знать лишь Гомер, да ветер.
Он, щекой ловя бриз упругий,
Йогурт выпив, сказал супруге:

«Пожелай мне, родная, ветра,
Если хочешь парчи два метра,
Но попутного, средней силы.
Если бури – то час от силы.

Людям свойственно ждать удачи
От судьбы. Моряку – тем паче.
Пояс верности я не надену,
А изменишь – на рею вздену!..»

02.08.2003 г.

Р О С Т       П И В О П Р О И З В О Д С Т В А

    Снится  мне – на мавзолее
Принимаю я парад,
А внизу, чуть-чуть левее
Движется за рядом ряд.

Вдруг смотрю – привет науке:
Подо мной иду я сам,
И приветственные руки
Воздымаю к небесам.

От меня идут два шланга:
Поступает пиво в рот,
Очень радуя тем Ланга…
Там, внизу, – наоборот.

Радует меня свобода,
Если слышит целый свет:
«Больше пива для народа!
Легче доступ в туалет!»

Если б не был бы велик я,
Никогда б так не сказал.
И проснулся в этот миг я…
И немного опоздал…

12.04.2004 г.

*     *     *

    Очарована , околдована,
Буйным ветром с фетром повенчана,
Эпигонством эклектик окована,
Рифмой редкостной редко увенчана,
И зовёшься, – как пахнет фреезия, –
Удивительным словом – поэзия.
Так войти в тебя можно, красавица?
У тебя от меня – не убавится!

13.04.2004 г.

*     *     *

    Долго  играла на цитре хромая Аглая.
Резво начав, темп замедляла, едва уловимо.
Мимо собака бежала, жалобно лая.
Факт что была она злая. Промчалась мимо.
Солью посыпав томат, его съел я, не скушал!
Лясы точить перестал я, Аглае внимая.
Сидя пред ней, я её зачарованно слушал!
Долго на цитре играла Аглая хромая…

30.03.2004 г.

Д И А Л О Г

   – Вы  почему  написали «играла на цитре»?
А почему не на домре, или на доли?
В третьей строке написали б, для рифмы, о Митре…
Съели томат. Почему вы не съели фасоли?
И почему ваша дама Аглая хромая?
Лучше б, для рифмы, была бы дородная Долли.
Лясы бы лучше лялякать, ляльку качая,
А не точить. Как терпели такого вас в  школе?

– Не было Долли и не было домры, поймите!
В школе терпели, так как детишек любили.
В третьей строке я бы мог написать о Мите –
Не было Мити в тот раз, а собаки – были!
Ел я, конечно, фасоль, не только томаты,
Только не в тот раз, когда слушал Аглаю.
Всё! Надоели! Вставляю пробки из ваты
В уши себе. Тихо-то как! Засыпаю…

30.03.2004 г.

О Б Р А З УМ И Л С Я

    Понял  ошибку. Писать так, как было – не надо!
Хочет народ синевы, материнства и воли?
Хочет фасоли солёной, а не томата?
Хочет – получит! Ну, что же, читайте о Долли:

Долго играла на домре дородная Долли.
Резали резво ребята редиску и редьку.
Мимо милиции милой шёл я на воле.
Факт – фараоны фактически вышли на Федьку!
Солью фасоль посоливши, я выкушал трошки.
Лясы лялякая, лялек мамаши качали.
Сизое небо просыпало синие крошки.
Долли на домре играла, как и в начале.

30.03.2004 г.

*     *     *

    Тени ночи неслышно подкрались,
Еле-еле шевелят шевелюрой ветвей,
На помойке собаки подрались,
И в прохладе ночной засвистал соловей.

Ночь накрыла сады покрывалом,
Обдал мир ароматом душистый табак,
Чернота расползлась по кварталам,
И опять на помойке помирила собак.

Далеко электричка пропела,
Августовскую ночь на куски разорвав,
Чиркнул спичкою кто-то несмело,
А собаки притихли, видно, зайца задрав.

19.04.2004 г.

М Е Н Я Я     Р И Т М

    Тени  ночи неслышно подкрались, клубясь,
Еле-еле шевелят ветвей шевелюрой,
На помойке собаки завыли, дерясь,
И в прохладе ночной соловей затюрлюрал.

Ночь накрыла сады покрывалом опять,
Оплетает душистый горошек перила,
Чернота расползлась по кварталам, как тать,
И опять на помойке собак помирила.

Далеко электричка пропела: «И-дуууу!»
Августовскую ночь на куски разорвавши,
Чиркнул спичкою кто-то несмело в саду,
А собаки притихли, видно, зайца задравши.

19.04.2004 г.

М Н О Г О С Т А Н О Ч Н И К

    Мне стан твой понравился тонкий,
Но ты у меня не одна.
От вас, гепатит мне в печёнки,
Горбатиться стала спина.

Однако, мешают ребёнки –
С такими проблема сложна.
Твой бюстик – ну, как у болонки,
А в талии – вот тебе на!

Наверное, все двести двадцать…
О, как тебе трудно сгибаться!
Что ждёт тебя там, впереди?

Но, к счастью, мы в деле – поэты,
И вновь стали в моде корсеты.
Кто там на примерку? Входи!

04.11.2004 г.

С О Н Е Т

    Прошли  года, уж далеко они,
А я с тобой, любимая остался.
Родная, я с тобой не расставался,
Остались мы давно уже одни…

В любви к тебе, как видишь, я признался.
А ты тепло домашнее храни, –
Я в самые безрадостные дни
Быть от тебя поблизости старался.

А помнишь как, едва вошла ты в дом,
Тепло и радость появились в нём,
А я к тебе прижался, руки грея?

Родная, как же я тебя любил!
Единственной тебе и посвятил
Я стих свой, паровая батарея.

28.09.1998 г.

А К Р О С Т И Х

   Живи  и помни: в жизни редок
Игристых тонких вин букет.
Займи полтинник у соседок
На пиво, чтоб не умерет
Ь.

06.04.2004 г.

К И Н О М А Р А Ф О Н

   Бежит  бордовая Бордо,
За ней вприпрыжку Бельмондо
И молодой Марлон Брандо…
Куда им всем до Жирардо!

06.04.2004 г.

С Е Л Ь С К И Й    П О Э Т

    День  догорает. Над притихшим лугом
Изменчивый закат почти потух.
Любуется травой заросшим плугом
Ещё не старый, но хромой пастух.
Теперь кнутом помахивает тонким,
А стадо – шеями с подвесками ботал.
Назад домой идут коровы и бычонки.
Телята? Вот телят я не видал…

06.04.2004 г.

О П Я Т Ь …

    Опять , как горный глетчер валуны,
Перемещал я жизнь свою в пространстве,
И тонкий серп внимательной луны
Сопровождал меня во время странствий,

А время быстротечною струёй
Летело надо мною, видно в Лету,
Стремительно вершая суд земной, –
Я вымок незадолго до рассвету…

07.04.2004 г.

Т Е Б Е ,   У Ч И Т Е Л Ь !

   Изящных почитательниц ценитель,
Гомер грехов, невольно эклектических,
Обиженных мечтателей ревнитель,
Роден стихов, бемольно эпатических,
Юродивых читателей целитель,

Сатирик поэтических новаций,
Евклид поэз, поэзно эвритмических,
Вампирик полемических оваций,
Евбул принцесс, диезно экзотических,
Риторик патетических реляций,

Язычник зычнотающих куплетов,
Нерон поэм, шикарно экстатических,
Источник впечатляющих сонетов,
Нижинский тем, бекарно эстетических,
Учитель начинающих поэтов.

04.11.2003 г.

Г О Д

    Летят  волнующие дни
Его плодов, тепла и света.
Так быстро пролетят они –
Оно, мой друг, на то и лето!

Осенних дней нагрянул срок –
С ольхи летят на землю листья,
Её холодный ствол намок,
Накрылся ясень шубкой лисьей.

Зима, зачем ты вновь была
И бесприютной и холодной,
Мне счастья снова не дала,
А злила хмарью непогодной?

Весна, и солнечным лучом
Едва земля ещё согрета.
Стоит жердёлка за окном
Нарядным платьицем одета.
А это значит – скоро лето!

05.06.2004 г.

*     *     *

Владимиру Набокову

    В голубизне  порхая, невесом,
Летел я в птичьей стае, бросив дом,
А стая птиц истаяла, чужа…
Да, нужно жить, и даже не тужа.
И я томлюсь от полутомных глаз,
Мерцающих алмазно  в блеске фраз,
И я молюсь на образин без риз,
Разнообразных, праздных, как каприз.

Летело время в Лету. Я возрос.
А мог ли я не задавать вопрос –
Наступит день, или настанет ночь?..
Гоню, гоню свои сомненья прочь!

В осенний сад я выйду перед сном, –
Ласкает взор природа за окном.
А в доме дустом пахнет… Ну и пусть
День догорает, нагоняя грусть.
И свет вечерний тает в вышине.
Мой тонкий слух внимает тишине,
И медленный покой нисходит с высоты,
Рождая мыслей стройные цветы
Узорчатой кристальной красоты.

На небе предвечернем зыбкий свет –
Агония огня, ослепших бликов след.
Большая бабочка садится на песок
От тельца тень лежит наискосок.
Какой сюрприз! «Ночной павлиний глаз»!
О, как прекрасен предзакатный час!
В извивах ив клубится мрак у скал…
Упала птицы тень… Я умер… Я устал…

25.07.1994 г.

С О Р А Т Н И К У

    Это  кто там в полумраке
Дремогенно зрит в зрачок?
У кого на самом фраке
Альмаматерный значок?

Разреши моё незнанье…
Думаю, что это тот,
У которого прозванье,
Худо-бедно, Дон Кихот!

Очень добрый, лёгкий, словом,
Легче лишь пера плюмаж.
Очень любит тёплым словом
Делать людям исцеляж.

Не пойду к нему лечиться –
Он использует гипноз:
Может ведь ещё случиться
У меня эдикулёз…

Лучше я в библиотеку.
Ах, а он на полке: Э.Х!
Нет, такому человеку
Говорить мне прозой – грех!

04.08.2003 г.

*     *     *

………………………………………………..Рапсодия (греч.) – бессвязный
………………………………………………..стихотворный отрывок.              ………………………………………………..В.И.Даль. «Толковый словарь…»

    Рапс  зацвёл, завязалась капуста,
А миндаль уж отцвёл, и давно.
Пыль на Кипре, в порту Фамагуста
С парохода сгружают вино.

Очарованный бульканьем шнапса,
Доннерветтер Киприду твою,
Изумлённый обилием рапса,
Я рапсодию звонко пою!

17.11.2003 г.

И. А. Бунин

Б Е З      И М Е Н И

    Курган  разрыт. В тяжелом саркофаге
Он спит, как страж. Железный меч в руке.
Поют над ним узорной вязью саги,
Беззвучные, на звучном языке.

Но лик сокрыт – опущено забрало.
Но плащ истлел на ржавленой броне.
Был воин, вождь. Но имя Смерть украла
И унеслась на черном скакуне.

Б Е З      И М Е Н И

    Был  воин, вождь. Но имя смерть украла.
Её коса сильней его меча.
Заснул навек он, опустив забрало
И завернувшись в аксамит плаща.

Меч сжав рукой, бронёй укрылся ржавой
Его скелет в курганной тишине,
Но смерть украла честь его и славу,
И унеслась на чёрном скакуне.

08.05.2004 г.

Павел  Елфимов

У Б О Р Щ И Ц А

    Запах  масла и металла
Сбит полынною волной –
Тетя Маня подметала
Ароматною метлой.

И, внезапный дух почуя,
От резца отвел я взгляд:
Тети Манина причуда –
В цехе степи аромат;

С позабытым чем-то встреча
Здесь, в грохочущем дому, –
С невозвратным, чем-то вечным,
Непонятным самому…

Так пахнуло степью вольной!
Горький воздуха глоток –
Незапамятное поле –
Неповторный мой исток.

У Б О Р Щ И Ц А

    Убирала  тётя Маня
Без проблем огромный цех,
Очень редко хулиганя,
Радуя работой всех.
Щёткой тёрла пол и стены,
И однажды, от щедрот,
Целый таз душистой пены
Ахнула на пол. И вот –

У меня от аромата
Болтануло в голове –
Отключил у автомата
Регулятор «Б» и «В»,
Щёчек розовых касался,
И других приятных мест…
Цех неубранным остался,
А на плане жирный крест!

18.04.2004

Иннокентий  Анненский

Г А Р М О Н И Я

    В тумане  волн и брызги серебра,
И стертые эмалевые краски…
Я так люблю осенние утра
За нежную невозвратимость ласки!

И пену я люблю на берегу,
Когда она белеет беспокойно…
И жадно здесь, покуда небо знойно,
Остаток дней туманных берегу.

А где-то там мятутся средь огня
Такие ж я, без счета и названья,
И чье-то молодое за меня
Кончается в тоске существованье.

Г А Р М О Н И Я

    Горит  огонь и там, среди огня, –
Ах, это пламени святое полыханье! –
Руками машут множество меня,
Мятущихся, без счёта и названья.

О я, любимый, мы, нас тьмы и тьмы
На красочных просторах ойкумены!
И пену*, пену очень любим мы.
Я так люблю меня и клочья пены!..

08.05.2004 г.

………………………………………………………………………………………………..
* Средство пожаротушения (Ред.)

Арсений  Тарковский

К О Н Е Ц      Н А В И Г А Ц И И

     В затонах  остывают пароходы,
Чернильные загустевают воды,
Свинцовая темнеет белизна,
И если впрямь земля болеет нами,
То стала выздоравливать она –
Такие звезды блещут над снегами,
Такая наступила тишина,
И – Боже мой! – из ледяного плена
Едва звучит последняя сирена.

Н А В И Г А Ц И Я

    На  реках вновь загустевают воды,
А в их затонах стынут пароходы:
В природе – нездоровья белизна.
И если впрямь земля болеет нами,
Горит звезда над белыми снегами,
А чтоб здоровой сделалась она,
Царит покой. Покой и тишина.
И – Боже мой! – из ледяного плена
Я слышу вой: последняя сирена…

25.03.2004 г.

Арсений  Тарковский

К У З Н Е Ч И К И

Кузнечик  на лугу стрекочет
В своей защитной плащ-палатке,
Не то кует, не то пророчит,
Не то свой луг разрезать хочет
На трехвершковые площадки,
Не то он лугового бога
На языке зеленом просит:
– Дай мне пожить еще немного,
Пока травы коса не косит!

1946

К У З Н Е Ч И К

    Кузнечик  на лугу стрекочет,
Усатый, в модной плащ-палатке,
Зачем-то луг разрезать хочет
На трёхвершковые площадки.
Ему осталось уж немного
Чудесный камуфляж носить,
И он у лугового бога
Канючит: «Погоди косить!»

27.03.2004 г.

Арсений  Тарковский

Р У К И

    Взглянул  я на руки свои
Внимательно, как на чужие:
Какие они корневые –
Из крепкой рабочей семьи.

Надежная старая стать
Для дружеских твердых пожатий;
Им плуга бы две рукояти,
Буханку бы хлебную дать,

Держать бы им сердце земли,
Да все мы, видать, звездолюбцы, –
И в небо мои пятизубцы
Двумя якорями вросли.

Так вот чем наш подвиг велик:
Один и другой пятерик
Свой труд принимали за благо,
И древней атлантовой тягой
К ступням прикипел материк.

1960

Т Е Л О

   Рассматривал  словно чужие
Усталые руки свои:
Какие они корневые –
Из крепкой рабочей семьи.

На ноги взглянул на свои я –
О! Эти уж точно мои:
Гораздо слабее, худые –
Из суффиксов, видно, они.

Головку свою вдруг увидел.
О, чем я тебя так обидел? –
Лохмата, внутри – ни черта,

Очки, как у бедных студентов…
Видать, ты из интеллигентов,
А это – приставки черта!

30.03.2004 г.

Пабло  Неруда

К Н И Г И

    Любовь  и долгий путь рождают книгу,
и если нет в ней стран и поцелуев,
нет человека с полными руками
и женщины нет в каждой капле,
нет голода, желанья, гнева и дорог, –
ни колоколом, ни щитом не станет книга.
Нет глаз у книги, рот закрыт и мертв,
как предписанье Ветхого завета.

Любил я страсти тесное сплетенье,
в любви, в крови я находил стихи.
В земле суровой утвердил я розу
и за нее роса с огнем боролась.

Вот почему я шел вперед и пел.

С Т И Х И ?

   Нелёгок, труден путь мой, путь Неруды.
Есть макроцель: стихов большие груды.
Рождать немые и слепые книги –
Удел немногих, время изменя.
Да! Я не капаю сквозь нудных рифм вериги,
А всё течёт, всё из меня…

Труд – это пот всегда,
А часто слёзы,
А иногда, пожалуй, даже кровь!
А я хочу, чтобы вода
Кропила розы,
А на страницы пролилась любовь!

Где время взять, чтоб в росах искупаться,
Да вдохновения, чтоб правды доискаться?
Ей трудно даже рифму подыскать.
Жизнь требует трудиться и стараться?
Ей нужен пот? Когда ж стихи писать?

Стихи питают, но они пытают
Тех, кто рифмует, изнывая, их,
И потому я лишь верлибр строгаю,
Хотя
И называю гордо: стих!

04.04.2004 г.

Николай  Заболоцкий

Д В И Ж Е Н И Е

    Сидит  извозчик, как на троне,
из ваты сделана броня,
и борода, как на иконе,
лежит, монетами звеня.
А бедный конь руками машет,
то вытянется, как налим,
то снова восемь ног сверкают
в его блестящем животе.

Дек. 1927

Д В И Ж Е Н И Е

Николаю Заболоцкому

    Дрожит  животное в попоне –
Всё, как  стремительный порыв!
Извозчик царствует на троне,
Живот свой бородой прикрыв.
Его неугомонный мчится,
Несясь по улицам стрелой,
И только снится, только снится
Его восьми ногам покой.

12.04.2004 г.

Николай  Заболоцкий

7.

*     *     *

    Посредине  панели
Я заметил у ног
В лепестках акварели
Полумертвый цветок.
Он лежал без движенья
В белом сумраке дня,
Как твое отраженье
На душе у меня.

1957

*     *     *

    Посредине  панели
Он лежал, полумёртвый, у ног,
Родничок акварели,
Тёмно-красный красивый цветок.
Утонуло всё в хрусте –
Люди шли в продолжение дня,
А цветок тихо плакал от грусти,
Как душа у меня.

15.04.2004 г.

Николай  Заболоцкий

*    *    *

    Мир  однолик, но двойственна природа,
И, подражать прообразам спеша,
В противоречьях зреет год от года
Свободная и жадная душа.

Не странно ли, что в мировом просторе,
В живой семье созвездий и планет
Любовь уравновешивает горе
И тьму всегда превозмогает свет?

Недаром, совершенствуясь от века,
Разумная природа в свой черёд
Сама себя руками человека
Из векового праха создает.

1948

*     *      *

    Мир  однолик, но двойственна природа
И, подражать прообразам спеша,
Растёт в противоречьях год от года,
От века к веку мудрая душа.

Душа свободна и жадна от века,
Но, как звезда, летящая в зенит,
Она преображает человека:
Любовь любое горе победит!

И свет над тьмой довлеет год от года,
Как правда устраняет лжи изъян.
Недаром, совершенствуясь, природа
Очеловечила породу обезьян.

Но двойственен и ложен дух природы,
Её неясен путь, туманна цель.
Не человек же цель, и не народы,
А может, цель её – вселенский сель?

Тогда, ища себе к бессмертью тропку,
Уйдя душой в земной зелёный шар,
Разумный человек надавит кнопку,
А полвселенной превратится в пар!

15.04 2004 г.

Анна Ахматова

Л Ю Б О В Ь

    То змейкой, свернувшись клубком,
У самого сердца колдует,
То целые дни голубком
На белом окошке воркует,

То в инее ярком блеснёт,
Почудится в дреме левкоя…
Но верно и тайно ведёт
От радости и от покоя.

Умеет так сладко рыдать
В молитве тоскующей скрипки,
И страшно её угадать
В ещё незнакомой улыбке.

1911

Л Ю Б О В Ь ?

    То  змейкой, свернувшись клубком,
У самого сердца колдует,
То целые дни голубком
На белом окошке воркует

Едва ль она станет рыдать
Тоскующей плачущей скрипкой,
Умея так ярко блистать,
Людей покоряя улыбкой.

Юродствовать нынче – не труд.
Быть модной престижно и ныне.
Всё это кокетство и блуд,
И нет здесь любви и в помине.

01.08.2003 г.

Риза Халид

*   *   *

   Я  напишу  стихи.
И эти звуки
Пусть будут сокровенны и чисты,
Пусть встретятся в рукопожатье руки
И зазвучат две ноты: «я»  и  «ты».

Я напишу стихи
не ради славы,
Не потому, что пишется – пиши.
А так, чтобы кому-то грустно стало,
Тому, кто не привык грустить в тиши.

Я напишу стихи
не ради слова,
Не ради строк, не ради ремесла,
А чтобы радость повторилась снова
И ясным солнцем над землёй взошла!

Перевод с крымско-татарского
С.Лаевского

*     *     *

   Хорошие  стихи я написал бы,
И с радостью их посвятил тебе,
Хотя, скорей всего, я вмиг устал бы,
И ноты позабыл: и «мэ»  и  «бе».

Храня к тебе возвышенные чувства
И зная: всем вам замуж невтерпёж,
Хочу тебе сказать – не для искусства,
И не для рифмы – впрочем, ты поймёшь:

Хорошие стихи – не божья кара,
И очень редок потому мой стих.
Хороший требует двойного гонорара,
И тем верней, что это акростих!

01.04.2002 г.

А. Дельвиг

Ч Е Т Ы Р Е      В О З Р А С Т А      Ф А Н Т А З И И

    Вместе  с няней фантазия тешит игрушкой младенцев,
Даже во сне их уста сладкой улыбкой живит;
Вместе с любовницей юношу мучит, маня непрестанно
В лучший и лучший мир, новой и новой красой;

Мужа степенного лавром иль веткой дубовой прельщает,
Бедному ж старцу она тщетным ничем не блестит!
Нет! на земле опустевшей кажет печальную урну
С прахом потерянных благ, с надписью: в небе найдешь.

< 1829 >

Ф А Н Т А З И Я

Подражание А.Дельвигу

   Фантазия  тешит игрушкой младенца и няню,
А также во сне оживляет улыбкой уста;
Надеждой любовников в юности мучит и манит,
Тревожа их души, хоть часто бывает пуста.

А зрелых мужей соблазняет фантазия славой,
Забыться зовёт, но при этом мешает уснуть,
И только для старцев она остаётся отравой,
Являя свою настоящую мрачную суть.

17.05.2003 г.

Д.В.Веневитинов

Ж И З Н Ь

    Сначала  жизнь пленяет нас;
В ней все тепло, все сердце греет
И, как заманчивый рассказ,
Наш ум причудливый лелеет.
Кой-что страшит издалека, –
Но в этом страхе наслажденье:
Он веселит воображенье,
Как о волшебном приключенье
Ночная повесть старика.
Но кончится обман игривый!
Мы привыкаем к чудесам –
Потом на все глядим лениво,
Потом и жизнь постыла нам:
Ее загадка и завязка
Уже длинна, стара, скучна,
Как пересказанная сказка
Усталому пред часом сна.

1826

Ж И З Н Ь

Подражание Д.В.Веневитинову

    Сначала  жизнь пленяет нас –
В ней всё тепло, всё сердце греет,
И каждый пишет свой рассказ,
Но каждый пишет, как умеет.

С годами жизнь уже не та –
Теряется тепло и радость,
Восторг сменяет пустота.
О, жизнь, какая же ты гадость!

18.05.2003 г.

Анна Ахматова

*     *     *

   Смеркается,  и в небе темно-синем,
Где так недавно храм Ерусалимский
Таинственным сиял великолепьем,
Лишь две звезды над путаницей веток,
И снег летит откуда-то не сверху,
А словно подымается с земли,
Ленивый, ласковый и осторожный.
Мне странною в тот день была прогулка.
Когда я вышла ослепил меня
Прозрачный отблеск
На вещах и лицах,
Как будто всюду лепестки лежали
Тех желто-розовых некрупных роз,
Название которых я забыла.
Безветренный, сухой, морозный воздух
Так каждый звук лелеял  и хранил,
Что мнилось мне: молчанья не бывает.
И на мосту, сквозь ржавые перила
Просовывая руки в рукавичках,
Кормили дети пестрых жадных уток,
Что кувыркались в проруби чернильной.
И я подумала: не может быть,
Чтоб я когда-нибудь забыла это.
И если трудный путь мне предстоит,
Вот легкий груз, который мне под силу
С собою взять, чтоб в старости, в болезни,
Быть может в нищете – припоминать
Закат неистовый, и полноту
Душевных сил, и прелесть милой жизни.

1914 – 1916 — < Июнь > 1940

*     *     *

   Ах, как было небо тёмно-сине.
Ночь накрыла храм Ерусалима.
Нежный снег не падал, как в России,
А с земли взлетал, как клочья дыма,

А навстречу две звезды нерезко,
Холодно свой жёлтый свет струили.
Мне казался странным цвет их блеска,
Ало-жёлтого, как помесь роз и лилий.

Тех некрупных роз, наверно, чайных,
О которых я давно забыла
В суматохе дней и встреч случайных,
А теперь вот вспомнила. Как мило!

А поодаль дети проституток
На мосту, сквозь ржавые перила,
Несмотря на холод, кормят уток,
А вода темна, темней чернила.

А детишки в тонких рукавичках.
Холодно, поди, им на ветру-то.
Мёрзнут пальцы от забот о птичках.
Ах, как жаль мне уток почему-то.

Трудно будет в жизни, вероятно.
Об ерусалимской этой ночи
Вспомнить будет иногда приятно,
А забыть – приятней, между прочим.

29.07.2003 г.

Арсений  Тарковский

Ш И П О В Н И К

Т.О.-Т.

    Я завещаю  вам шиповник,
Весь полный света, как фонарь,
Июньских бабочек письмовник,
Задворков праздничный словарь.

Едва калитку отворяли,
В его корзине сам собой,
Как струны в запертом рояле,
Гудел и звякал разнобой.

Там, по ступеням светотени,
Прямыми крыльями стуча,
Сновала радуга видений
И вдоль и поперек луча.

Был очевиден и понятен
Пространства замкнутого шар –
Сплетенье линий, трепет пятен,
Мельканье брачущихся пар.

1962

Ш И П О В Н И К

А.А.Т

   Шиповник  вам я завещаю,
Июньских бабочек причал.
Полезен и приятен к чаю,
О чём Мичурин прокричал.

В его корзине сам собою
Накапливался витамин,
И саксофон, в пандан гобою,
Кваквакал тихо, без сурдин.

Шипами острыми покрытый
И вдоль и поперёк луча,
Прекрасен он, луной облитый,
О ветку ягодкой стуча.

Висят они. Их много тысяч –
На тонком стебле красный шар –
И всех иголками истычут,
Кроме брачующихся пар.

31.03.2004 г.

Игорь Северянин

Р О Н Д О

   – Бери  меня, – сказала, побледнев
И отвечая страстно на лобзанье…
Ее слова – грядущего посев –
Ужальте мне мое воспоминанье!
Я обхватил трепещущую грудь;
Как срезанный цветок ее головка
Склоняется в истоме… «Смелой будь»,
Хотел сказать, но было так неловко!..
– Возьми меня, – шепнула, побледнев,
Страдальчески глаза мои проверив;
Но дальше – ни мазков, ни нот, ни перьев!..
То вся – любовь, то вся – кипучий гнев,
– Бери меня! – стонала, побледнев.

Мыза Ивановка
1909

Р О Н Д О

   – Бери  меня, – сказала, побледнев.
Её слова – сигнал к лихой атаке:
Рука хватает грудь, остервенев,
Уже уста пылают, словно маки…
Хватай смелей трепещущую грудь,
Вонзай в меня лобзающие губы,
А про других немедленно забудь,
Ты мой фривольный, ласковый и грубый,
Ах, дорогой! – стонала, побледнев,
Юркнула под простынку, прижимаясь…
Мне вспомнились объятья юных дев,
Но… о, склероз! Она страдая, маясь,
Уже ты всё? – спросила, побледнев.

27.09.2003 г.

И З    Ц И К Л А    «С П А С И Б О    З А    П О Д С Т Р О Ч Н И К»

*    *    *

    Белый стих мне неприятен,
Нерифмован он пока –
Злит как вид кровавых пятен
Злит испанского быка.

А особенно мне дико,
Коли смысл сохранён:
Словно маленькая пика
На быка со всех сторон.

Но, когда стишок срифмуя,
Я верлибр одолел,
Мнится мне: сказавши «му», я
Автора на рог поддел.

26.07.2004 г.

Эдуард  Холодный

П О Д      С Р Е Д Н Е А З И А Т С К И М      Н Е Б О М

IV

    Белый  ослик! Ты копытцем
Ударяешь о пустыню –
И песок ее зернистый
Превращается в дождинки.
Даже соль, что серебрится
Меж стеблями саксаула,
Превращается в поверхность
Голубого водоёма.
«Но ведь это все неправда», –
скажет мне любой ребенок.
Ну, конечно же неправда!
Только вот он – белый ослик.

*     *     *

    Белый  ослик! Ты копытцем
Ударяешь о песчинки –
Даже соль, что серебрится,
Превращается в дождинки.

Меж стеблями саксаула
Вспыхнет искра в капле каждой.
Видишь – озеро блеснуло
Для замученного жаждой?

В зыбком мареве миража
На оазис смотрим в даль мы –
Вон бархан для антуража,
Вон верблюд, а вон три пальмы…

«Но ведь это всё неправда», –
Скажет мне ребёнок после.
Ну, конечно же, неправда,
Только вот он – белый ослик!

16.06.2004 г.

Эдуард  Холодный

*     *     *

    Если стать у подножия
Памятника Маяковскому
И, запрокинув голову,
Долго смотреть на облако,
Бог весть откуда забредшее,
Повисшее над площадью,
Розовое, как яблоко,
Пропахшее майскими ливнями,
То станут намного понятнее
Сложные проявления
Суровости в форме нежности,
Нежности в форме суровости.

*     *     *

    Если долго смотреть на облако,
Розовеющее словно яблоко,
Обратить забывая внимание
На Кибальниково изваяние,

Маяковский может обидеться:
«Что, коллега, вам в облаке видится? –
(Голос нежен, хотя и суров) –
Впрочем, понял: оно без штанов!»

20.06.2004 г.

Эдуард  Холодный

*     *     *

   …И пианист,  заглатывая фразы,
Играл Шопена – голубое с белым,
И за мгновенье до касанья клавиш
Рождались звуки – теплое безумье,
Все то же голубое с тем же белым,
Сгущаясь с каждым взмахом рук бесплотных,
Таких необязательных и лишних
Придатков к этой музыке, берущей
Свое начало не в озябших струнах,
Не в пальцах нервных и не в нотах мертвых,
А в чем-то, что никем не объяснимо,
Что не подвластно разуму и силе…
Звук за мгновенье до касанья клавиш!..

*     *     *

   Не в нервных  пальцах скрыта тайна
Того, как странно он играл:
В безумье тёплом не случайно
Он ноты фразами глотал.

Играл он не касаясь клавиш,
Придатками бесплотных рук.
Тут бромом дело не исправишь,
Тут не поможет и хирург.

Но объяснит такой «талант»
Любой, в ком хоть на йоту тяму –
Играл Шопена музыкант
Под списанную фонограмму…

20.06.2004 г.

Эдуард  Холодный

*     *     *

    Вы бы  сели – было б славно! –
В проходящий поезд с юга
И уехали на север,
От моей любви подальше.
Это так легко и просто –
Встать весенним ранним утром,
Плащ накинуть, улыбнуться
И исчезнуть за порогом.
Боль со временем угаснет,
И взамен придет свобода,
Что свободы в мире слаще? –
Ни забот, ни обязательств!
Что любовь? – Химера, право…
Ваше ровное дыханье
Без щеки своей не мыслю…

*     *     *

   Ты  б  уехала подальше
От моей любви несносной,
От обидных слов и фальши,
Сев в вагончик многоосный.

Будь попроще – улыбайся,
Попрощавшись на пороге,
Да смотри не попадайся
Проходимцам на дороге.

Не забудь накинуть плащик –
От дождливых обстоятельств.
Что свободы в мире слаще?
Ни забот, ни обязательств!

Что любовь? – Химера, право…
Предпосылка к перемене…
Ты осталась? Браво, браво!
Ну, тогда готовь пельмени!

21.06.2004 г.

Эдуард  Холодный

*     *     *

    Был  удивительный чудак маэстро Брамс –
Крестьянку почитал за королеву
И посвящал ей музыку, которой
Нет в мир равной!
Ах, какой чудак!
И только в этом заключалась власть
Над звуками, над женщиной, над миром –
Власть истинная, мудрая, святая.
Вся остальная – жалкая условность.
Как ощущал ее он? Без труда.
И предавался звукам беспредельно.
Но чтоб понять все это до конца,
Порою недостаточно рояля…

*     *     *

    Маэстро  Брамс… Какой он был чудак:
Симфонию крестьянке посвящая,
Он музыку писал, ну, вот, никак,
Нисколечко её не упрощая.

А как звучит в симфонии C-dur,
Особенно бессмертно в увертюре!
И – для селянки! Для подобных дур
Хватило б «му»,  да и довольно дуре!

Ну, Иоганнес… Ну, и учудил:
Такую музыку, увы, не королеве
Маэстро Брамс бездумно посвятил,
А той, что возится с коровой в хлеве.

Ну, Брамс… Такие перлы сочинять…
Мелодии, к тому ж, оркестровал сам.
Чтоб это окончательно понять,
Порою недостаточно быть Брамсом.

Порой достаточно, отбросив эпатаж,
Взглянуть на человека взором чистым,
И вы поймёте: композитор наш
Был демократом, а не роялистом!

26.07.2004 г.

Юрий Левитанский

В О С П О М И Н А Н И Е      О      М А Р У С Е

     Маруся  рано будила меня,
поцелуями покрывала,
и я просыпался на ранней заре
от Марусиных поцелуев.
Из сада заглядывала в окно
яблоневая ветка,
и яблоко можно было сорвать,
едва протянув руку.
Мы срывали влажный зелёный плод,
надкусывали и бросали –
были августовские плоды
терпки и горьковаты.
Но не было времени у нас, чтобы ждать,
когда они совсем поспеют,
и грустно вспыхивали вдалеке
лейтенантские мои звёзды.
А яблоки поспевали потом,
осыпались, падали наземь,
и тихо по саду она брела
мимо плодов червонных.
Я уже не помню её лица,
не вспомню, как ни стараюсь.
Только вкус поцелуев на ранней заре,
вкус несозревших яблок

В О С П О М И Н А Н И Е      О      М А Р У С Е

    Меня  рано Маруся будила,
часто солнце ещё не всходило, –
не срывала с меня покрывало, –
поцелуями покрывала.
Я тогда просыпался рано,
а из сада ветка шафрана
тихо в наше окно стучала,
и Маруся шафран срывала.
Мы надкусывали – и бросали, –
только зря мы шафран кусали:
были терпки плоды, горьковаты,
и несладки, и жестковаты.
Но был август – плоды шафрана
не могли  поспеть так рано…
Раньше звёзды мои поспели
лейтенантские на шинели.
Поздней осенью яблоки падали,
а зачем теперь они? Надо ли?
И Маруся по саду брела –
В руки яблок уже не брала.
Мы прощались с ней у крыльца.
Я не помню её лица,
помню вкус поцелуев в рани –
терпкий яблочный вкус шафраний…

03.02.2000 г.

Зинаида  Гиппиус

К Р У Г И

     Я помню: вдвоем мы сидели на скамейке.
Перед нами был покинутый источник
и тихая зелень.
Я говорил о боге, о созерцании и жизни…
И, чтоб понятней было моему ребенку,
я легкие круги чертил на песке.
И год минул. И нежная, как мать, печаль
меня на ту скамейку привела.
Вот покинутый источник,
та же тихая зелень,
те же мысли о боге, о жизни,
только нет безвинно умерших, невоскресших
слов,
и нет дождем смытых,
землей скрытых,
моих ясных, легких кругов.

99

К Р У Г И      Н А      П Е С К Е

    Я помню:  мы с Блоком сидим на скамье,
Пред нами рондик забытый.
О Даме Прекрасной поведал он мне,
О Боге, о горестях быта.

В заросшем кустами глухом уголке
Сказал он мне о несказáнном…
Я молча чертила круги на песке
Тем вечером поздним, туманным.

Но время прошло, а точнее – лишь год.
Туда я вернулась. Без Блока.
По прежнему тот же источник течёт
Забыто и одиноко.

И мысли всё те же – о Боге, тоске,
О том, что давно нет мыла,
И только круги на мокром песке
Время бесследно смыло.

20.04.2004 г.

Елена  Гуро

С Л О В А      Л Ю Б В И      И      Т Е П Л А

    У кота  от лени и тепла разошлись ушки.
Разъехались бархатные ушки.
А кот раски… – ис…
На болоте качались беловатики,
Жил был
Ботик-животик
Воркотик
Дуратик
Котик пушатик,
Пушончик,
Беловатик,
Кошуратик
Потасик…

О Т В Е Т Н Ы Е      М Ы С Л И      И      С Л О В А

    Сдвинул  снова ушки кот:
К счастью, был он полиглот.
Часто слыша кис-кис-кис,
Он от этих слов раскис,

И подумал: эта Гýро,
В сущности, такая душка.
Он любил подобных Гур
И ответил нежно: «Мур-р-р…»

19.04.2004 г.

О      П О Т А С И К Е

    Я долго думал, кто такой Потасик?
Прошло немало дней и даже лун.
Потом дошло по аналогии: «матрас – матрасик»,
Что это эвфемизм от слова Потаскун!

19.04.2004 г.

Владислав  Ходасевич

П О      Б У Л Ь В А Р А М

     В темноте,  задыхаясь под шубой, иду,
Как больная рыба по дну морскому.
Трамвай зашипел и бросил звезду
В черное зеркало оттепели.

Раскрываю запекшийся рот,
Жадно ловлю отсыревший воздух, –
А за мной от самых Никитских ворот
Увязался маленький призрак девочки.

25 марта – 17 апреля 1918

П О      У Л И Ц А М

    В темноте,  задыхаясь под шубой, иду,
Шевеля плавниками своими, как рыбка,
Что больная, на дне, еле-еле, в пруду
Камышинки колышет равномерно и зыбко.

Очень душно, но я продолжаю идти
И крылами подола машу, словно птичка,
А на Рижском вокзале, на третьем пути
Прошипела своими дверьми электричка.

Раскрываю запекшийся, в трещинках, рот,
Жадно воздух сырой им глотая, как утка,
А за мною от самых Никитских ворот
Увязалась чуть пьяненькая собачонка…

26.04 2004 г.

    Из речи на Пушкинском вечере  в Доме литераторов 14 февраля 1921 г.,
произнесённой  Владиславом  Ходасевичем,  называемой  после  «Колеблемый треножник».

    …Пушкин показывает предмет с целого множества точек зрения. Вещам своего   мечтаемого   мира   он   придаёт  такую  же  полноту  бытия,  такую  же выпуклость,  многомерность  и   многоцветность,   какой   обладают   предметы реально мира… И  если  творения  всех  великих  художников, заключая  в себе ряды   символов,   вызывают  соответственные  ряды  толкований,  то  творения Пушкина  принадлежат  к  числу наиболее соблазнительных  в этом отношении.
   …Охлаждение представлялось ему неизбежным и внешне выражающимся двояко: или толпа плюёт на алтарь поэта, то есть его оскорбляет  и ненавидит, – или  колеблет  треножник  его  «в детской резвости».  По  отношению  к  самому Пушкину  первая  формула  уже  невозможна:  «толпа»  никогда   не  плюнет  на алтарь, где горит огонь его; но следующий стих: «И в детской резвости колеблет твой треножник» – сбудется полностью…
    …Время гонит толпу людей, спешащих выбраться на подмостки истории, чтобы  сыграть  свою  роль – и  уступить место другим, уже напирающим  сзади. Шумя  и  теснясь,  толпа  колеблет  треножник  поэта. Наше  самое  драгоценное достояние,  нашу  любовь  к  Пушкину,  как   горсть   благовонной   травы,   мы бросим в огонь треножника. И она сгорит. …

К Т О      Э Т О      В Ы Д У М А Л ?

    Ах,  Александр Сергеич, вы заложник
У вечности. Вас любит вся земля,
Но в детской резвости поколебать треножник
Не можем удержаться, Вас любя.

Со школьных лет (Взгляните – на минутку
Зигзагом заструился фимиам!)
Мы Вам приписывали озорную шутку:
«Ах, как люблю я говорящих дам!»

А некой даме, что болтать устала,
Сказали Вы: (Треножник загудел!)
«У ваших стройных ног поклонников немало –
Быть между ними – это мой удел!»

Чем чёрт не шутит, но ведь быть могло же,
Что Вам принадлежит сентенция сия!
Нас лишь одно порой сомненье гложет –
Не выдумал ли всё Дантес, свинья?

06.05.2004 г.

Арсений  Тарковский

*     *     *

    Река  Сугаклея уходит в камыш,
Бумажный кораблик плывет по реке,
Ребенок стоит на песке золотом,
В руках его яблоко и стрекоза.
Покрытое радужной сеткой крыло
Звенит, и бумажный корабль на волнах
Качается, ветер в песке шелестит,
И все навсегда остается таким…

А где стрекоза? Улетела. А где
Кораблик? Уплыл. А река? Утекла.

1933

*     *     *

    Уходит  в камыш Сугаклея-река,
Бумажный кораблик плывёт по реке,
Ребёнок среди золотого песка
Стоит с голубою стрекозкой в руке.

Покрытое радужной сеткой крыло
Звенит, обтекает кораблик вода,
Песок шелестит… Много лет уж прошло,
И всё остаётся таким навсегда:
Кораблик бумажный плывёт по воде,
Блестит стрекоза переливом крыла…

А где стрекоза? – Улетела – А где
Кораблик? – Уплыл. – А река? – Утекла.

24.03.2004 г.

Арсений  Тарковский

Г Р А Д      Н А      П Е Р В О Й      М Е Щ А Н С К О Й

   Бьют  часы на башне,
Подымается ветер,
Прохожие – в парадные,
Хлопают двери,
По тротуару бегут босоножки,
Дождь за ними гонится,
Бьется сердце,
Мешает платье
И розы намокли.

Град
расшибается вдребезги
под самой липой.
Все же
Понемногу отворяются окна,
В серебряной чешуе мостовые,
Дети грызут ледяные орехи.

1935

Г Р А Д      Н А      В Т О Р О Й      М Е Щ А Н С К О Й

   Застучали  каблучки,
Дождь за ними гонится.
Капли брызнули в очки,
Бьют часы на звоннице.

По подъездам – кто куда –
Люди разбегаются:
«Вот намокну – что тогда?» –
Спрятаться стараются.

Убегают все подряд.
Бьётся сердце тише –
Спрятались! А с неба град
Застучал по крыше.

Он запрыгал возле лип,
Крупный – так и чешет,
И грызёт какой-то тип
Ледяной орешек!

Мостовая в серебре,
Словно пояс ханский…
Это было в сентябре